Приручи мою душу

— Ты что не в себе?! — выкрикнула я, потянувшись руками к повязке.

— Не смей, — тут же услышала рык и замерла.

Сердце колотилось в груди как от дозы адреналина. Руки вопреки всему не послушались меня, а подчинились ему! Хотя внутри неистово горело желание высказаться, ужалить, да хоть что-то сделать, чтобы пресечь эту грубость! Но я стояла и молчала как беспомощная тряпка.

— Растеряна? Хочешь знать, что сейчас со мной происходит? — то ли спросил, то ли констатировал Кир, а я невольно отступила, не ожидая, что он находится так близко.

 — Хер ширинку рвет от твоего беззащитного вида. А еще внутри просыпается мощный неосознанный инстинкт — защитить того, кто слабее.

Я недоуменно подняла голову, вообще не соображая, к чему он ведет. Артур же вдруг схватил меня за запястье и куда-то потянул. Несколько быстрых шагов и я оказалась уложена животом на стол, с заведенными за спину руками.

— Прекрати! — затрепыхалась я. — Мне это не нравится!

— Не нравится, — повторил Кир точно не своим голосом и погладил своей тяжелой ладонью мою спину.

Дыхание перехватило, когда следом ее оцарапало щетиной, и мужской язык провел влажную дорожку вверх по позвоночнику. — Ты ж меня, девочка, сама к этому ведешь. Почему я, блядь, должен каждый раз все объяснять на пальцах?! — Он растолкал мои ноги шире и прошелся этими самыми пальцами по раскрытой плоти. — Тепрь договоримся раз и навсегда. Я уважаю твою «самостоятельность», но сделай милость — научись хоть иногда поступать как мудрая баба!

— Да какого хрена ты несешь?! — взвизгнула я и аж испариной покрылась, пытаясь высвободить руки.

Ахнула, когда Артур намотал мои волосы и потянул, заставляя запрокинуть голову:

— В машине не могут рулить двое, — разнесся его жесткий голос возле щеки. — Природа не зря велела тебе быть навигатором. А если пытаешься спихнуть мужика со счетов — вместо инстинкта защитить, внутри него проснется совершенное иное желание!

Я услышала, как Артур ослабил пряжку ремня и вся напряглась.

— Ты… ты… — попыталась прошипеть, но вскрик вырвался из горла, а в животе точно молния шарахнула, когда он вогнал в меня член.

 — Черт, Артур…

Жар внутри разгорался с каждым его толчком. Он отпустил мои руки, но придавил спину между лопаток. Поймал ладонью мой рот, ловя стоны, и протолкнулся в раскрытые губы двумя пальцам. Я машинально обхватила их и лизнула языком, а он ускорился, заставляя меня кричать громче.

Освободив рот, Артур вдруг замедлился и провел влажными пальцами между моих ягодиц.