Предать нельзя Любить (СИ)

Арс аккуратно отставляет его на стол и лениво выдвигает стул, возвращаясь к моей койке.

– Поговорим? – предлагает, усаживаясь рядом.

– Эээ… как там Елена Степановна? – спрашиваю, чуть отодвигаясь к противоположному краю.

В отличие от мужчины напротив, я выгляжу так, словно по мне стадо диких животных из мультфильма «Король Лев» пролетело. Глаза впали… кожа, как у покойника. Ладно, хоть голову вчера, с помощью Любаши, помыла. И чистую пижаму нашла.

Арсений иронично разглядывает моё лицо и будто бы предоставляя отсрочку, отвечает:

– Елена Степановна переживает.

Киваю, закусывая губу. С его соседкой я созваниваюсь регулярно.

Скулы на загорелом лице немного напрягаются, Арсений упирает локти в колени и растерянно озирается.

– Ари… я…

– А погода как… – выпаливаю, отворачиваясь к окну. – Как... вообще?

– Погода, блд, – ругается он и тяжело вздыхает.

– Ага, – киваю.

– Как обычно зимой.

Гашу невольную улыбку. Чёртов умник!

– На ваше усмотрение, Арсений Рудольфович, – отвечаю ровно, отвлекаясь на стук.

Дверь в палату открывается и заглядывает Любаша. Подозрительно нас осматривая, неуверенно произносит:

– Я пока здесь… в коридорчике почитаю, хорошо?

– Конечно, – отзываюсь с тёплой улыбкой.

Девушка заговорщицки подмигивает и выходит, снова оставляя между нами хрустальную тишину.

Скучающе изучаю свои тонкие пальцы.

– Я поговорил с Виктором, – сообщает Арс хрипло. – Мы всё обсудили и утрясли неловкие моменты. Он подтверждает всё, что ты сказала.

– Прекрасно, – отзываюсь.

Виктор Андреевич каждый день навещает и радуется моему быстрому восстановлению. Здешний врач утверждает, что всё дело в молодом, здоровом организме. Ну, и конечно, курс лечения был назначен грамотно, пусть и не совсем вовремя.

– Арин, я сожалею… Обо всём. Последние дни много думал. Возможно, мы можем…

– Что? – впиваюсь в его глаза. – Что мы можем? Ты расстался со своей девушкой и теперь вновь свободен?

Он отчаянно качает головой и прикрывает лицо ладонями. А затем резко поднимается и направляется в сторону небольшой импровизированной кухни.

– Я привёз обед. Тебе надо поесть.

В груди нестерпимо бьётся и без того слабое сердце.