Право на сына

Папу выписывают в понедельник, в среду мы собираемся на шашлыках. Я в который раз смотрю на экран мобильного и с сожалением отмечаю, что там пусто. Стас взял мой номер, но за прошедшие дни не нашел времени ни позвонить, ни даже написать. Я злюсь на себя за глупое ожидание и заранее одеваю Даню, направляясь к родителям. Обещаю себе, что больше не буду ждать. Мы ничего не обещали друг другу, Стас не говорил, что приедет и мы снова встретимся. Всё закончилось? Он наигрался? Или понял, что женщина с ребенком ему не нужны?

Мама звонит, спрашивает, где мы.

Волнуется, что нас долго нет, но я успокаиваю ее и говорю, что мы уже в пути. Судя по дыму, который видно даже за забором, отец уже разжег мангал. Я улыбаюсь, предвкушая семейный ужин, но когда захожу, первое, что бросается в глаза — машина Макса. Я совсем не подумала о том, что мама сама пригласит его, поэтому сейчас растерянно моргаю и иду за дом, где вижу, что все уже в сборе.

Глава 27

— Ой, а вот и Настенька с Данечкой. Все в сборе, можем садиться за стол.

Мама, как обычно, в своем репертуаре — не дает мне и слова вставить, сразу со своими громкими фразами и добродушной улыбкой, за которой я тотчас же угадываю:

“Подыграй мне, дочка, потому что мой набор слов для таких случаев закончился”

— Солнышко, это тебе, — не дав мне опомниться, в разговор вклинивается Макс.

Протягивает мне огромный букет красных роз и, наклонившись, целует в щеку. Хочется потереть место поцелуя рукавом свитера и попросить, чтобы больше никогда так не делал, но я сдерживаюсь, беру цветы и бормочу слова благодарности.

Уверена, что цветы — это настояла мама, потому что обычно он дарил мне любимые лилии, а розы — почти никогда. Их предпочитает мама. И мне неприятно, что она лезет в мою жизнь, прет, как танк, не желая слушать моих слов.

Не любишь, дочка? Ничего страшного! Максим, приходи обязательно с цветами.

Не удивлюсь, если именно так мама ему и сказала во время очередного разговора. Хочется прямо сейчас, при всех, сказать, что между нами все кончено, но Макс берет на руки радостно визжащего Даню.

Сын обнимает его за шею, чмокает в обе щеки, и я просто опускаю руки, не имея ни малейшего понятия, как расстаться с человеком, которого тщательно навязывает мама и всем сердцем любит сын. Даня привязан к нему, потому что Максим подкупил его своим вниманием и подарками. А еще он действительно тепло к нему относится. Дети, оказывается, хорошо это чувствуют.