Право на любовь

Вероятно, производило впечатление, но не на него.

Прозвучало приветствие:

- Мы рады видеть тебя, генерал."

"Эмиссар просто кивнул, даже не глядя на них, и продолжил подниматься по лестнице. Слишком хорошо ему было слышно сейчас, как беспокойно шевелятся их мысли. Вперед выступил главный клирик и произнес, искоса поглядывая на окруживших храмовый комплекс воинов:

- Хочешь ли ты получить благословение или предсказание?

- Нет, - отрезал эмиссар.

- Тогда можем ли мы узнать, чем вызван твой визит?

В другое время он, может быть, с удовольствием продолжил бы эту увлекательную игру в дипломатию, но сейчас у него занозой сидела в мыслях блондинка.

- Где Фарьяб? - спросил он в лоб.

Генерал был уверен, что бывший правитель Бактрии укрылся здесь. Как и в том, что внезапные волнения в Балхе инспирированы храмом. Все они повязаны, одно змеиное гнездо.

- Но, господин, - в глазах у главного клирика на мгновение мелькнуло нечто весьма похожее на страх, однако он тут же овладел собой, изобразил светскую улыбку и развел руками.

Эмиссар нехорошо усмехнулся.

Еще когда поднимался на крыльцо, он заметил, что клирики выстроились особым образом. В заднем ряду начали незаметно плести заклинание. Небольшого ментального усилия хватило, чтобы сбить им все настройки, а после генерал заговорил.

- У вас время до полудня, - он взглянул на солнце, подбиравшееся к зениту, и добавил: - Нет, даже меньше.

- Ты не посмеешь! - резким жестом выбросил вперед руку клирик. - Тебя постигнет проклятие!

- Хочешь проверить, ЧТО я посмею? - эмиссар неуловимо подался вперед, отпуская свою сущность.

«Умельцы», что стояли в заднем ряду, повалились наземь, а главный клирик побледнел и пошатнулся, пот потек по его лицу.

- Хорошо, - едва слышно проговорил он трясущимися губами, дал знак одному из своих служек, тот сразу же исчез за дверью храма.

Так-то лучше, подумал генерал, а главный клирик стал оправдываться:

- Храм предоставляет убежище всем просящим, не спрашивая имен и титулов. Такова воля богов. Но мы верно служим императору. Прошу, передай ему нашу вечную преданность...

Эмиссар смерил его взглядом, бросил:

- Я передам.

И отвернулся.

Читалась какая-то затаенная гниль в мыслях храмовника. Но с этим он намерен был разобраться после. Сейчас ему надо было успеть до полудня.