Позволь мне согреться

Гады!

– Хорошо-хорошо, больше не мешаем женихаться, – согласился с ним Неро.

– Пойдем искупаемся? – весело предложил ему Рейвик, направившись к озеру.

– Ой, не надо, там русалка сумасшедшая! – всполошилась я. – И хищная!

Оба следователя недоуменно, даже оторопело воззрились на своего начальника. Тот поморщился, крепче прижал меня к себе и подтвердил:

– Он пытался Мишель перекусить, но подавился мной. Я его тьмой спалил. Так что идите купаться.

– А вдруг там еще водятся? – обнимая своего альфу за шею, испуганно выдохнула я и заинтересовалась.

– Потому что это был самец. И нет там больше никого подобного, только рыбки и мелкая водяная живность. Я проверил до самого дна и обшарил все закоулки. Нашел потаенную заводь, где этот хмырь болотный обитал.

– На берегу я чувствовала дыхание призрачного мира, слабое, но было, – поморщилась, коря себя за недоверие к интуиции.

– В его логове я ощутил останки… скелеты, оно на том берегу. Завтра можем сходить, поискать души, проведешь для них обряд упокоения, если захочешь.

– Спасибо, – шепнула я благодарно, заглядывая в глаза любимому.

Его ладонь удобнее перехватила меня… под ягодицы – я вспыхнула от стыда, вспомнив в чем я и где. Под смешки Рейвика и Неро, отправившихся купаться, Людвиг понес меня одеваться и с улыбкой успокаивал:

– Не переживай, Мишель, увидишь, мы к вашим правилам и этикету иначе относимся. Для оборотней, принимающих то одну, то другую ипостась, обнаженное тело не позор, а данность.

– Рядом с тобой я как-то слишком быстро забыла про приличия и стыд, – смущенно буркнула я, пока одевалась, все равно ощущая как горит лицо.

– Рядом со мной тебе все можно, – хохотнул Людвиг.

Ночь скрадывала очертания елей. Пахло смолой, грибами и костром. Жарилось мясо, булькал чай в котелке, мужчины спокойно разговаривали. Обсудили дело Дершака, завершать которое Бельтразу с отделом важняков разведки. Услышала, что в Дагоране мы пробудем примерно месяц, что сильно удивило. Надо же, целый месяц! Потом по обмолвкам поняла, что оборотни на родине не были уже год, соскучились.

Людвиг, если так можно выразиться, решил меня больше не выпускать из загребущих лап. Совершенно серьезно, как свершившийся факт, обдумывал нашу свадьбу, советуясь со мной по не особо важным пунктам, как то платье, украшения и количество гостей. В частности, кого бы я хотела пригласить на нашу свадьбу из важных мне людей, но так, чтобы они приехали «вотпрямщас».