Потерянная принцесса

Вот ведь золотой характер: всегда рада помочь и не цепляется ко всему, лишь бы показать себя… как некоторые.

Глин ласково ткнулся носом в бок Цунами.

– Мы так рады тебя снова видеть… Расскажи о своём племени. Как тебя приняли? Наверное, все тебя любят… а бойцы они хорошие, не знаешь? А что они едят? – Он сразу погрустнел.

– Ах, да! – вскинулась Цунами и повернулась к выходу. – Сейчас принесу еду, потом всё расскажу."

"Она сама удивилась, как неожиданно приятно было вновь оказаться в компании друзей. Такое домашнее тепло и радушие она рассчитывала встретить только у своих морских родичей.

Может быть, зря?

Глава 18

Цунами поставила на пол пещеры три полных котла: с рыбой, пресной водой и салатом из водорослей с грибами. На кухонном этаже дворца никто за ними не присматривал.

Солнышко первым делом сунула нос в салат, а ночной дракончик занялся рыбой. Никого не спрашивая, он дохнул в котёл пламенем, и по пещере разнёсся аромат коптильни.

– Эй, – поморщилась Цунами, – я больше люблю сырую!

– Обойдёшься, – хмыкнула Ореола, – это вредно для желудка.

– Ничего подобного! Сырая ужасно вкусная.

– Угу, как твоя матушка – просто страх и ужас.

– И вовсе нет, она замечательная королева.

– М-м… да, так и в свитках написано, – промычал Звездокрыл с полной пастью жареной рыбы.

Цунами смущённо потупилась, ковыряя когтем пол.

– Ну, на самом деле… многие свитки она сама и написала.

– Что, правда? – Ночной дракончик изумлённо моргнул. – Так она ещё и писательница? Вот бы ей показать… если бы она согласилась почитать мои… – Он запнулся и стал копаться в котле.

– Не в одних свитках дело, – вставила Цунами, – её подданные сами считают её великой королевой. «Правда, не все», – добавила она про себя.

– Очень убедительно, – криво усмехнулась радужная, – только вот убийство собственных дочерей как-то не очень вписывается.

Что?! Цунами вытаращила глаза.

От еды оторвался даже Глин.

– Ну, это всего лишь предположение.

– Однако довольно обоснованное, – заметил ночной дракончик.

Солнышко с тревогой обняла яйцо и принялась гладить, словно успокаивая.

Цунами наконец обрела дар речи.

– Как вы можете такое говорить! Она ни за что бы… Вы просто не видели, как она бережёт Анемону – просто трясётся над ней!

– Ага, как ненормальная, – кивнула Ореола, многозначительно покачав дымящейся рыбёшкой.