Последний Герой. Том 1

По информации он вскрыл коттедж руководителя областного комитета по лицензированию. Но не признавался. И заявы не было. Терпила в отказ — и вор в отказ. В первый раз такое у меня было. Я ему говорю: выпущу тебя, так и быть. Только расскажи правду, не под протокол, не для явки. Так, любопытно… И рассказал мне Сава. Сейф, говорит, открыл за минуту. Взял баксы, рыжье, цацки с брюликами. А внутрь вложил старую газетную вырезку «Красный Новознаменск», 1987 год — с фоткой чинуши, где тот на партконференции вещал с трибуны про «честность и долг перед народом».

О краже так никто и не заявил. Терпила понял — дешевле промолчать. А Саву я и вправду отпустил. Но перед этим попросил его научить меня вскрывать замки. Чтобы спор выиграть. Он попробовал, сказал, что руки у меня вообще-то кривые, но чему-то смог научить. Спор я с Палычем тогда выиграл, и вот теперь, в этом времени, Черкасов стоял и смотрел, как я ковыряюсь в замке чужого гаража.

Щёлк! Щелк! Хрусь!

Я выставил сувальды вровень, чтобы стойка засова прошла в прорези их окошек. Нажал на хвостовик засова, перемещая его вправо. Р-раз!.. И в дамки!

Открылся замок.

Распахнул калитку, вошел. Внутри — полумрак, пыль и внедорожник. Чёрный джип — тот самый. Стоит, побитый, но все еще грозный.

Мы обыскали гараж. Ни тайника, ни погреба, ни сейфа. Даже смотровой ямы нет.

— И что теперь? — с досадой плюнул Палыч.

— Знаешь, что я подумал? — сказал я, глядя на пустой гараж.

— Ну?

— Схрон у него не здесь. Замок слишком простой.

— Тогда на кой сюда ехал? — Палыч сменил тон, говорил даже с поддёвкой, будто я не только час назад пришёл к нему в кабинет.

Будто мы знали друг друга сто лет.

Я подошёл к задней стенке. Там, в углу, стояло колесо. Новое, ВАЗовское. Но спущенное.

— Вот зачем, — кивнул я на колесо.

— Не понял…

— Давай рассуждать логически, — я постучал по покрышке. — Нафига ему отечественное колесо?

— Не знаю…

— Для жигулей.

— А где жигуль?

— То-то и оно. Тут была еще одна машина. Точно. Он сюда загнал джип, сменил тачку и уехал уже на ней.

Палыч сматерился и хлопнул себя по коленке.

— Похоже на то… Сбил-таки след, — жевал губу Черкасов. — а теперь у нас ни модели, ни номера…

Черкасов задумчиво скрёб подбородок — выбритый до блеска, как у старого генерала перед строевым смотром. Молча смотрел на меня, не торопил. А я снова присел у колеса.