Последний Герой. Том 1

Он сунул мне раскрытый журнал с уже проставленными подписями коллег. Стандартная бюрократическая канитель.

— А чего там соблюдать-то?

— Ты на планёрки не ходишь, что ли? — с прищуром спросил он. — Приказ из Главка пришёл: под каждый электрочайник положено теперь ставить подставку из негорючего материала.

— Это из какого, интересно?

— Из мрамора, например. Или керамики. Только не фанера, не линолеум и не стопка номенклатурных дел за прошлый год, как у некоторых…

«Чем бы дитя ни тешилось…» — подумал я, расписываясь в журнале.

— И это… за пределами курилки не кури, — продолжал свой инструктаж по пожарной безопасности Власенко, будто я только что со школьной скамьи прибыл.

— Я вообще не курю.

— Молодец, — крякнул Власенко, поглаживая густые рыжие усы, как у бывалого гусара. — А вот ещё… Семён Алексеевич сказал, что ты переводиться надумал?

— Думаю пока, — неопределённо пожал я плечами.

— Ну ты это… через голову-то не прыгай. Почему мне не доложился? — голос его стал строже, с включением режима «начальник».

— Виноват, — усмехнулся я, не скрывая иронии. — В следующий раз в письменной форме, или даже через канцелярию.

— Нехорошо, Яровой, нехорошо… — усы его затрепетали. — Я тебя, можно сказать, пригрел на груди. Должность у тебя — золотая, не перерабатываешь. Чего удумал? Да на твоё место очередь, сам знаешь. Половина следствия только и мечтает — в анализ и планирование.

— Может, потому что я не баба? — сквозь зубы бросил я.

— Ладно… Расписался? Всё, — он забрал журнал. — Мне ещё с угрозыска подписи собрать… И чайники проверить. Работы — невпроворот. Фух…

Он поправил китель и с выражением глубокой занятости зашаркал в сторону отдела уголовного розыска. А я остался стоять с мыслью, что в МВД теперь главное — чайники и подписи.

* * *В дверь кабинета постучали дважды, коротко и уверенно.

— Заходи, — не отрывая взгляда от ноутбука, отозвался Вальков.

Савченко вошёл. На нем как всегда безупречный дорогой тёмный костюм, ни складки, ни лишней детали. Лицо спокойное, почти без выражения, только прищур — цепкий и внимательный.

— Артур, дорогой, — Вальков поднялся из кресла, протянул руку. Пожатие тоже было крепким.

Кабинет просторный, с тяжёлой и немного вычурной мебелью. Огромный стол — лакированный, из тёмного дерева, почти пустой. Только ноутбук да бронзовая безделушка — какая-то фигура на подставке.