Последняя из рода. Скованные судьбой.

Глава 3

По бесконечным коридорам дворца они дошли до той части, где располагались покои Императора, двух его законных жен, многочисленных наложниц и детей. Их, и бастардов, и рожденных в браке, объединяло одно: все они были девочками.

Талила и хотела бы позлорадствовать, но не могла в полной мере. Она на своей шкуре очень хорошо знала, что значит быть дочерью отца, который хотел сына. Наследника и продолжателя рода.

Девочки никому не нужны.

Пока они не становятся последними в семье. Пока не становятся единственными носительницами уникальной магии огня, которой больше никто в Империи не обладал.

"Никогда прежде Талила не бывала во дворце Императора. Отец не брал ее с собой в свои ежегодные поездки. Она обижалась в первое время — когда была глупа. После же, когда отец, потеряв надежду на сына, взялся за воспитание дочери, она стала воспринимать его долгие отлучки как величайшее благо. Ведь ее он оставлял в родовом поместье. И Талила получала небольшую передышку от его методов воспитания.

Думать так об отце, еще и предательски убитом — святотатство и преступление. Не зря Боги покарали ее за все дурные мысли, что вертелись у нее в голове долгих восемнадцать лет.

Дворец был роскошным, но не вычурным, ведь его достроили еще при отце нынешнего императора. В ином случае новый правитель не преминул бы воспользоваться возможностью и превратить его в нечто вызывающее, помпезное, украшенное золотом, драгоценными камнями, роскошными тканями и вышивкой.

Перед началом торжественной трапезы гости собрались в просторном, полном закатного света помещении.

Клятвопреступник оставил Талилу, едва они вошли. Она видела, как его отозвал в сторону один из советников Императора, а следом к ним присоединились еще двое мужчин.

Так было даже лучше. Пожав плечами и оправив длинные рукава кимоно, чтобы скрыть обручья, она медленно зашагала вдоль стены, намереваясь выйти на веранду.

Отец, не желавший никуда ее брать и ни во что посвящать, сыграл с ней очень дурную шутку. Теперь она оказалась в одиночестве и неведении посреди змеиного гнезда, страстно желая его уничтожить.