После падения

И тебе точно не за что меня благодарить.

– Есть за что! И я передать не могу, как больно мне от мысли, что Стеф так поступила. Я никогда ее не обижала, никого из вас…

– Прошу, не надо причислять меня к ним, – замечает Зед – его это явно задело.

– Нет-нет, прости, я не имела в виду, что ты связан с этим. Я просто говорила о компании твоих друзей, – прошу я прощения за необдуманные слова.

– Ничего страшного, – бормочет он. – Все равно мы теперь не совсем компания. Тристан скоро уезжает в Новый Орлеан, всего через несколько дней, а Стеф я с тех пор ни разу не видел в кампусе.

– Вот как… – Замолкаю и оглядываю свою нынешнюю комнату в этом огромном, почти чужом доме. – Зед, прости и за то, что я обвиняла тебя, будто ты писал мне эсэмэски с телефона Хардина. Стеф призналась, что это была она… во время того случая с Дэном.

Я улыбаюсь, чтобы постараться справиться с дрожью, которую у меня вызывает имя этого человека.

Он едва слышно выдыхает, хотя, может, это была усмешка.

– Надо признать, я и правда был самым вероятным подозреваемым, – добродушно отвечает он.

– В Сиэтле все… по-другому, – говорю я.

– Ты там? Я подумал, раз Хардин был в доме твоей матери…

– Нет, я здесь.

Я перебиваю его прежде, чем он успевает сказать, что он тоже думал, будто я останусь ради Хардина.

– Ты с кем-нибудь подружилась?

– А ты как думаешь? – улыбаюсь я и тянусь через кровать за полупустым стаканом воды.

– Скоро обязательно найдешь друзей. – Он смеется мне вслед.

– Сомневаюсь.

– Тесса, все нормально, перестань. Ты слишком много извиняешься.

– Прости, – говорю я и слегка шлепаю себя ладонью по лбу.

И тот официант, Роберт, и Зед сказали, что я слишком часто извиняюсь. Может, они правы.

– Собираешься как-нибудь сюда приехать? Или нам все еще… нельзя быть друзьями? – тихо спрашивает он.

– Мы можем дружить, – отвечаю я. – Но я не представляю, когда смогу приехать.

По правде говоря, я хотела поехать домой на эти выходные. Я скучаю по Хардину и по пустым дорогам.

Минуточку, почему я назвала то место своим домом? Я жила там всего полгода.

И тогда я понимаю. Хардин. Это из-за Хардина. Я всегда буду чувствовать себя как дома там, где есть он.

– Что ж, жаль. Может, я как-нибудь заеду в Сиэтл.