Пошел вон, Чернов!

— А он откуда знает? — уже зло и ревностно спрашивает Чернов.

— Ну ты же всё понимаешь… — отнимаю руку от его лица и снова беру кружку, допивая чай.

— Блять! Я его точно грохну! — снова соскакивает с места и хватает ещё одну сигарету. — Нахрена так делать? Не мог конкурировать как мужик?

— Чернов! — тоже начинаю злиться. — Иди на лоджию, покури, подыши и остынь. И не делай из себя жертву. Никто тебя не тащил в тот клуб, никто насильно не заливал в тебя бухло, и никто не принуждал тебя совать член в левую бабу! Это тебе, сволочь такая, кара! Всё.

— Стой! — ловит меня за руку. — Я не прав. Я мудак, да. Не уходи! Не отпущу.

— Да успокойся ты. Я в туалет, — вырываюсь, скрываясь за дверями ванной комнаты, но слышу, как Чернов, гад такой, всё равно запирает свою дверь на все замки. Он неисправим.

Когда выхожу, замечаю Руслана, курящего на лоджии. Вот и пусть выдохнет. У меня ещё одна для него новость.

Желудок сосёт. Я теперь постоянно голодная.

По-хозяйски прохожу на кухню. Открываю холодильник. А там… Ничего. Сырная заветренная нарезка, яйца, маслины, водка и всё.

Чем он вообще питается?

Вытаскиваю банку маслин, съедаю одну и понимаю, что они противные. Нет, не пропали. Просто мои вкусовые рецепторы их теперь не принимают. Выплевываю маслину в мусорное ведро. Слышу, как в кухню проходит Чернов.

— Прости меня, моя кошечка, я дебил, — шепчет на ухо, одновременно забираясь руками под мою толстовку.

Покрываюсь мурашками от касания холодных ладоней к моему животу. А наглые руки уже стискивают мою грудь, которая последние дни стала очень чувствительная.

— Чернов! Стой! — пытаюсь снова выкрутиться.

— Я не могу, кошка моя, у меня спермотоксикоз. Хочу тебя. Вся кровь в члене, голова не соображает.

Снова внаглую оттягивает резинку моих штанов и кусает за шею.

— Боюсь, от голода грохнусь в обморок в процессе. Мне сначала нужно срочно поесть, — всё-таки вырываюсь из его объятий, сбегая в другой конец кухни.

— Ладно, закажем доставку, — вынимает из кармана телефон. — Пока доставят, я успею съесть тебя.

— Нет. Доставка – это долго, боюсь, не доживу. Иди в магазин на углу и быстро.

— Откуда такой зверский голод, Ярослава Андреевна? — усмехается и снова идёт на меня."

"— Чернов! Завяжи свой прибор в узел и дуй в магазин.