Вечная война. Книга IV

Картина маслом! Челюсти явно пробили палубу, а градус охуевания в глазах был близок к критическому!

— Алекс! Друг мой! «Наказатор» я у Хмурого я стрельнуть не догадался, придется проявлять военную смекалку! Есть Чё?

— Что ты, блядь, задумал?!! — дико заверещала хорошо зафиксированная девушка, которая по старой мужской традиции теперь не нуждалась в предварительных ласках, но у которой сейчас был сильно ограничен обзор.

— Наказывать тебя буду, милая! Жестоко наказывать!

— Ты совсем ёбнулся?!! Нельзя же так!

Алекс с офигевшим лицом подошёл и с интересом посмотрел на открывшуюся картину.

— Не я такой! Жизнь такая! — сокрушенно покачал головой я и задумчиво уставился на Молот. Потом посмотрел на ниндзя. — Ну что ты тормозишь? Надо бы что-то найти? Если мы по твоей милости на розовом фаллоимитаторе летаем, мож и у тебя один завалялся?

— Вот, блядь, всегда ношу с собой самотык! — внезапно развеселился друг. — Чёта анекдот вспомнился… Палок нет! Могу шишек напихать!!! Гы-гы…

Но он с интересом начал оглядываться ища что-нибудь… подходящее.

— Хватииииит! — я поморщился от пронзительного визга. — Сдаюсь я! Сдаюсь!!!

Я поднял взгляд на всё еще находившегося в ступоре Миху.

— Поединок закончен?

— Д…да… Илай победил! — Борзый смотрел на меня со смешанным чувством испуга и восхищения. — Нет, я слышал, что ты беспредельщик ещё тот! Но… вот это!

Он беспомощно развел руками.

— Подумаешь! — фыркнул я.

Я аккуратно ослабил хватку и Аста вылетела как пробка из бутылки.

— Подонок! Ненавижу! — она набросилась на меня с голыми кулаками, лупя меня по броне. Броня, мне кажется, поддалась. Что ж у нее за тело-то такое?

— Успокойся, милая! — попытался успокоить я взбешенную женщину, но тут она попала мне по поломанной руке. Я заорал от боли. — Алекс, блядь! Забери эту ведьму!!!

С реакцией у ниндзя было всё в порядке, поэтому он быстро обхватил её за плечи и оттащил в сторону.

Я быстро подошел и, встав между зрителями и девушкой аккуратно взял ее за подбородок и удержал голову так, чтобы она смотрела на меня. Её хаотично вращающиеся в орбитах глаза остановились, взгляд замер.

И негромко, но внятно произнес.