Почти счастливые женщины

Вроде бы и серьезный аргумент.

– Алевтина Александровна, – нарушила она молчание. – Я понимаю. И поверьте, у каждой из нас есть проблемы. И поверьте, достаточно сложные! Но работа есть работа, уважаемая! И все свои личные неприятности надо оставлять за порогом дома! А коллектив и, главное, дети, не должны страдать из-за ваших…

– Я поняла, – не поднимая глаз, перебила ее Аля. – Я… постараюсь.

Качнув головой, Виктория поправила:

– Не так, Алевтина Александровна, не так. Не «постараюсь». Вы не имеете права пренебрегать своими должностными обязанностями.

Аля обреченно кивнула.

– Я поняла. Извините…

– Идите, – окончила наконец тягостный разговор Виктория.

Аля вышла как оплеванная. «Уважаемая, придется искать другую работу». Умеет унизить. Стерва."

"Урока у Али не было, она вышла на улицу, постояла на школьном крыльце.

Максим порывался уехать в Кратово. Скандалил почти каждый день:

– Я поправился, здесь мне нечего делать, ты из меня сделала приживала. Я не твой пупс, не мягкая игрушка.

Аля плакала, умоляла его повременить:

– Мне так тяжело мотаться за город. Оставлять бабушку за шестьдесят километров, не иметь возможности ей позвонить. Я просто схожу с ума. Да еще и работа, которую я совсем забросила!

Максим не сразу, но смирился. Правда, сказал:

– Крутишь из меня веревки? Не выйдет! И мой тебе совет – даже не начинай, Аля.

Она испугалась до того, что затошнило. Уверила, что это здесь ни при чем.

– Ну помоги, мне, а? Я не справляюсь.

Через неделю узнала, что он устроился на работу. Удивилась, конечно, но никаких комментариев себе не позволила.

Устроил его отец экспедитором в большой научный институт. Деньги копеечные, но все-таки. Аля видела, что он страшно гордится собой. Все, кажется, налаживалось: Максим жил на Вернадского, ездила она туда два раза в неделю как минимум. Бабушка рядом, полчаса на метро, да и телефон под рукой. Ну и работа.