Почти счастливые женщины

Буркнув «спасибо», от пирожного отказываться не стала – еще чего. Ела и разглядывала проходящую нарядную публику. Товарищ Котиков, как верный паж, стоял рядом. Его она взглядом не удостоила.

Второе действие окончилось, и начались бурные аплодисменты. Аля посмотрела на свой букет и, чуть подумав, шепнула ему:

– Не возражаешь? Отдам Нееловой?

Не задумываясь, что ее удивило, ни тени обиды не пробежало по его лицу, тут же кивнул:

– Конечно!

Цветы великой актрисе вручила, та улыбнулась, кивнула – спасибо.

На улице было прекрасно! По весеннему тепло и сухо.

– Пройдемся? – неуверенно предложил Юрий. – Или… сразу в метро?

Аля, подумав, «сделала одолжение»:

– Пройдемся. Такая погодка – просто чудо какое-то.

О господи… Может, зря? Еще напридумывает себе что-нибудь, потом совсем не отвяжешься. Но очень хотелось пройтись, продышаться, посмотреть на вечерний город.

Шли по бульварам.

Разговор не клеился. Так, обменялись фразами о спектакле, поговорили о гениальных актерах, о замечательной постановке.

Ба не ложилась – чудеса.

– Ну как? – поинтересовалась она.

– Что «как»? – раздраженно ответила Аля. – Ты про спектакль?

– Про спектакль И про все остальное."

"– Какое «остальное», ба? Ты что там себе насочиняла? Пылкий и страстный роман с Чебурашкой? Никогда, слышишь! Ни-ко-гда! Это не мой герой, понимаешь? Ну вот просто совсем! Я смотрю на него и… мне смешно!

Я все понимаю, он хороший! Может, даже слишком хороший! Но мне он не нужен. Да я лучше, – Аля задохнулась от возмущения, – я лучше останусь одна, понимаешь?

– Понимаю.

– А что у тебя не получилось? Ты ведь такая умная и все знаешь про эту жизнь! А не получилось! Почему не получилось у мамы, понимаю. Но у тебя, ба? – Аля пылала от возмущения.

– Матерьялец был дерьмовенький, Аля, совсем гнилой материал. Думаешь, я не старалась? А все в трубу, понимаешь? Все усилия.