По встречной

— Мне охрану, а сам к своей пленнице помчишься?! Грудью ее защищать будешь, да, Влад?!

— Оля, ну зачем ты так?!

— Решил в героя поиграть, играй! Только без меня, я выше этого! Кафе убытки из-за вашей стрельбы понесет! Кто их возместит?!

— Думаешь, я кафе оставлю без присмотра?! — разозлился Влад.

Она ничего не ответила.

До самого ее дома они молчали. У подъезда Ольга открыла дверцу и выбралась из машины.

Залесский вышел следом, но она не обернулась.

— Оля, не дури! — прорычал он. Стянул с себя кожаную куртку и накинул ей на плечи.

— Я никуда не поеду!

— Поедешь! Или на тот свет захотела?!

— Не поеду!

— Мы тебя только что из лап Козырева вырвали! Или снова к нему в объятия хочешь?!

Ольга зябко поежилась.

— Хорошо, я поеду к маме! Но не больше, чем на три дня! Постарайся за это время решить свою проблему с клубом!

На его суровом лице мелькнуло раздражение — он не любил, когда ему ставили условия.

— Володя останется с тобой. Собери вещи, через час приедет машина.

Несколько мгновений она смотрела на него.

— Ладно… пусть все разрешится удачно.

Подтянулась и поцеловала его в губы.

Он прижал ее к себе — всего на миг — не было времени на всякие глупости.

Владимир выбрался из машины, раскрыл большой черный зонт и встал рядом с Олей.

— Ну, давай, иди в квартиру, не мерзни… — подгонял ее Влад.

— Куртку обратно забери, она тебе понадобится…

Она сняла куртку и протянула ему.

Влад вдруг понял: что-то неуловимо изменилось. Не было прежнего приятного ощущения от прикосновений губ и рук. Как будто прошлая ночь расколола его спокойную жизнь на «до» и «после». Оля… она не была чужой. Но теперь между ними стояла Катя.

Залесский передернул плечами, стряхнул с себя дождь и забрался обратно в машину.

— Поехали к Козыреву-старшему домой! — приказал водителю он.

— Как знаешь, — угрюмо согласился с ним Гордеев.

Осеннее утро в одном из самых дорогих особняков процветающего началось с появления незваных гостей."

"Хозяин Олег Аркадьевич Козырев с презрительной надменностью посматривал на появившихся в его доме мужчин.

Пожилой магнат знал себе цену.