По встречной

И зовут ее, как тебя. Владой. Бывают же совпадения!

Что-то полыхнуло в груди и обожгло легкие.

— А дата рождения? Родилась когда? — хрипло поинтересовался он.

— Двадцать первое августа две тысячи семнадцатого.

— Черт!.. С девочкой все в порядке?

— Ну… руки ноги целые, синяков на теле нет. Только трясется все время и плачет. Не дается забрать ее, Влад. Как дикие кошки — что она, что хозяйка квартиры. Кстати, хозяйка говорит, с Артуром у пленницы нашей ничего не было.

— Ладно, главное, ребенок под присмотром. Скажи им, что с Катей все в порядке. Завтра дома будет. И охрану пока у квартиры оставь. Кто знает, что Артуру в голову придет.

— Оставлю… Слушай, у девчонки глаза твои, карие. Влад, я чего-то про тебя не знаю?

— Я тоже не знал. Катя мне жизнь спасла. Тогда, помнишь, в конце декабря? В две тысячи шестнадцатом? Смелой оказалась, не побоялась меня с пулевыми ранениями у себя дома спрятать.

— Будь он неладен, тот декабрь! И что нас с тобой дернуло тогда топливо туда погнать?

— Все жажда наживы. Не помнишь разве, какими мы были?

— Помню, конечно… Ладно, бывай. Охрану поставлю, у меня еще дела в городе есть.

— Спасибо за помощь.

— Обижаешь!

Залесский отключил мобильный и подошел к бару. Достал бутылку виски и налил полный стакан. Опрокинул крепкий напиток в себя, и даже не поморщился.

Залесский тяжело вздохнул и налил себе еще порцию виски. Но спиртное никак не помогало расслабиться.

Он вернулся в гостевую спальню и сел на край постели. Катя уже перестала всхлипывать и снова задремала. Он понуро взглянул на нее и осторожно поправил одеяло. Так, чтобы не задеть больную руку.

Взгляд против воли заскользил по ее губам, по еще не успевшему высохнуть от слез лицу.

Катя. Катюша… Такая родная… А там, где-то далеко, спит маленькая девочка, его родная дочка. Как же так?! Отчего судьба играет с ним в такие игры?! Пять лет ребенку, а он о нем ничего не знает!

И что теперь делать? Как жить дальше? Что у Кати с Козыревым, не ясно. А у него Ольга, и в планах никогда не было детей.