По встречной

Больше не повторится.

Таня затушила сигарету и быстро вышла. Я уже было шагнула за ней следом, но босс поймал меня за локоть.

—Катерина, я тебя искал.

— Для чего? Если по поводу графика работы массажного кабинета, то…

— Нет, Катя, совсем не для этого. Я хотел пригласить тебя сегодня на ужин.

— На ужин?

Он был слишком близко и неожиданно привлек меня к себе.

Я вспыхнула. Сердце заколотилось в панической атаке.

— Артур Олегович, прекратите! — упираясь ладонями в его крепкую грудь, возмущенно прошипела я.

— Чего ты брыкаешься, глупая? — прошептал мне в губы он, после чего резко прижал к стене, схватил за запястья и завел мои руки над головой.

"Губы коснулись моей шеи. Скользнули по ней дорожкой из поцелуев и остановились у моего рта. Я отчаянно пыталась увернуться, но Артур для верности вжал меня в стену всем своим телом, давая ощутить его твердость в брюках.

От его близости и приторного аромата мужских духов, смешанных с коньяком и сигаретами, стало нечем дышать. Козырев снова принимал каких-то деловых партнеров у себя в кабинете, и они пили коньяк, который окончательно смел барьеры в его голове.

— Нет… пожалуйста, не надо… — хрипло прошептала я.

— Да чего ты боишься?.. — жарко выдохнул он мне в шею. Отпустил мои запястья, но теперь его рука властно легла на мое бедро и бесстыдно заскользила под медицинским халатом.

— Я сюда приехала, чтобы работать, а не шашни с начальником заводить!

— Одно другому не помеха…

Я брыкалась, царапалась, он не пускал. Только заводился все сильнее. Поглаживал меня по спине, пытался расстегнуть пуговицы на халате, и от этого было жутко неприятно.

Собрав все силы, я оттолкнула его от себя.

— Если не прекратите, я положу на стол заявление об уходе!

Всхлипнула и принялась застегивать пуговицы на халате.

Он провел ладонью по своим взлохмаченным волосам и полоснул меня потемневшим взглядом.

— Не вздумай!

— Уволюсь, я же сказала!

— Прекращай дурить! Если уволишься, на что жить будешь? У тебя же дочь!

Я поникла: бабушку мы похоронили прошлой зимой, и без ее повышенной пенсии было трудно сводить концы с концами.

Почувствовав во мне сомнение, Артур уверенно усмехнулся.

— А я, между прочим, совсем не жадный, Кать. Могу и премию двойную дать. И любить я умею, Катюша. Вмиг все твои комплексы растоплю…

Я опалила его полным ярости взглядом, но промолчала.