Плененный принц

Дэймен не мог на такое пойти, не мог, если других при этом придется бросить на произвол судьбы. Однако и как-то улучшить их положение он был не способен.

Эразм оказался прав: обещать Дэймен обещал, а помочь был не в силах.

Тем временем ситуация во дворце менялась. По приказу регента принц лишился части владений и доступа к доходам от недвижимого имущества. Как следствие, Лоран существенно сократил численность своей свиты и урезал расходы. Ветер перемен закружил и Дэймена – его переселили из королевского гарема в крыло дворца, принадлежащее Лорану.

Легче не стало. В новой комнате были стражи таким же числом, такая же постель, такие же шелка и подушки, такое же кольцо в полу (но это, похоже, вставили недавно). Даже ограниченный в средствах, Лоран не собирался экономить на охране своего акилосского пленника. К большому сожалению.

Из обрывков подслушанных разговоров Дэймен узнал, что патрская делегация прибыла обсудить возможности торговли с Виром. Патры граничили с Акилосом, имели схожие традиции и исторически с Виром не союзничали.

Выяснить намерения патрского посла Дэймену удалось не лучше, чем помочь акилосским рабам. То есть не удалось совершенно.

Он наверняка мог что-то сделать.

Он не мог сделать ничего.

Расписываться в собственном бессилии было ужасно. За все время пленения Дэймен никогда не считал себя рабом – в худшем случае примерял такую роль.

Дэймен хотел обрести свободу. Хотел вернуться домой. Хотел попасть в столицу, во дворец, возвышающийся на мраморных колоннах, и посмотреть на зелень и синеву гор и океана. Дэймен хотел встретиться со своим братом Кастором и спросить, как мужчина мужчину, почему он совершил то, что совершил. Но жизнь в Акилосе продолжалась и без принца Дамианоса, а этим рабам помочь было некому.

Да и какой же он принц, если не постарается защитить тех, кто слабее его?

В зарешеченные окна комнаты упали последние лучи заходящего солнца.

Когда вошел Радель, Дэймен попросил устроить ему аудиенцию с принцем.

* * *Радель с нескрываемым удовольствием отказал. По его словам, принц не станет якшаться с продажным акилосским рабом. У него найдутся дела достойнее, например сегодняшнее пиршество в честь патрского посла.