«Персефона». Дорога в ад

А дальше-то что?

Млич вызвал над спецбраслетом секундомер и указал капитану на цифры.

Расстояние между «Мирным» и «Персефоной», продолжающей двигаться с крейсерской скоростью в направлении Солнца, стремительно увеличивалось. Ещё пара минут, и догнать эспилер Содружества смогут только шлюпки.

Разгонные возможности тяжёлых кораблей сопоставимы, поэтому капитан «Мирного» и решился на эту авантюру.

Надеялся, что сразу за ним не кинутся. Растеряются, начнут буравить эфир призывами одуматься и вернуться.

Однако эфир молчал — капитан Пайел не собирался урезонивать идиота. Он знал, что удавка для «Мирного» у него есть.

Трюкач, вроде Эмора или Роса, сумеет прыгнуть на орбиту Сцелуса и из-под брюха «Персефоны». И перехватить беглецов.

Вряд ли капитан «Мирного» просчитал такой вариант. Пилотов «вне рейтинга» на Юге раз-два и обчёлся.

Но что потом? Не стрелять же по «Мирному», в самом деле?"

"Дерен вдруг выпрямился и протянул руку к карте, увеличивая один из фрагментов-секторов.

Всё это время пилот молча полулежал в ложементе и смотрел на растянутый на полкапитанской голографический экран, где навигационная машина обсчитывала курс «Мирного».

— Мне не нравится траектория эспилера, — сказал он, всматриваясь в треки и пометки об ускорении, мощности, массе. — Такое ощущение, что на него действует не только гравитация Сцелуса.

Он ткнул в карту, ещё сильнее растягивая фрагмент.

— Вальтер, тебе мерещится, — снисходительно улыбнулся Млич. — У Сцелуса — четыре пылевых кольца. Оценить и рассчитать окно гравипомех при такой конфигурации довольно сложно, но я уверен, что «Мирный» жмут с вест-вест-надира именно они.

— Четыре кольца? — удивился капитан. — Но они бы светились отражённым светом?

— А они и светятся, — кивнул Млич. — Просто пыль очень разреженная, и разглядеть с нашего ракурса не выходит.

Он покрутил карту, меняя ракурсы.

— Вот так, смотри! Их немного видно. Видишь светлую полоску?

Капитан помотал головой, и Млич начал менять настройки экрана, чтобы сделать изображение более чётким.