«Персефона». Дорога в ад

А потому катер оставим здесь, кузнечикам на съедение.

— А на чём полетим дальше? — удивлённо поднял голову Эберхард.

Кузнечик подпрыгнул и распустил крылышки, выпорхнув у него из-под носа.

— Пешком пойдём! — объявил Рао. — Возьмём спецпаёк, воду и пледы. Рюкзаки есть в лодке.

— Как пойдём? — не понял Эберхард.

— Ногами! Ты что, никогда не ходил в поход? — удивился Рао, облазивший все горы возле родового поместья.

— Нет, — признался Эберхард. — Никогда. Но я пойду. Это же по Земле!

Глава 28

Ташипы. «Братство щенков»

Прежде, чем отправиться в поход, Рао велел ташипам отключить на коммуникаторах всё, что может запрашивать геолокацию, и, насвистывая, стал сооружать ловушку для тех, кто может сунуться к катеру.

Должна же турель сработать, хотя бы раз? Если катер найдут, то пусть полезут в него и… о-па!

Лес не стал помогать: он сладко дремал на солнышке.

Эберхард, понимая, что сглупил и уже согласился тащиться пешком по неизвестному дикому лесу, обессиленно плюхнулся на траву. Пальцы его подрагивали, в горле стоял ком.

Несколько часов в незнакомом лесу без поддержки и помощи у него один раз уже были. На одной из самых красивых планет Содружества — Кьясне.

Дядя отыскал там старинный архив с ценными бумагами. Он сказал, что всё будет штатно: красивый атмосферный прыжок, таинственный дэль — так на Кьясне называют ползущий по горам лес. И заслуженный приз в конце."

"Эберхард прыгал вместе с десантниками, и это действительно было круто.

И потом, когда он прорубался с этими здоровенными мужиками сквозь чащу — тоже всё было здорово.

Вот только возле архива в одной из лесных пещер их ждала засада: имперские боевики, положившие домагниткой полевую защиту десанта, и стая диких полуобезьян-полумедведей. Жутких тварей, сожравших десантников всех до единого.

Зубы у зверей спереди были плоские, как у обезьян, а по бокам росли здоровенные медвежьи клыки. Одна из тварей на глазах у Эберхарда навалилась на десантника, откусила ему голову вместе со шлемом и захрустела, разгрызая её, как орех.

Услышав, что Рао планирует идти через лес пешком, Эберхард не сразу про это вспомнил. И вдруг отвратительная пасть сама всплыла из глубин памяти, и он ощутил приступ тошноты.

Пальцы вцепились в траву. Ему захотелось орать: «Что вы задумали⁈ Это же сумасшествие! У нас нет оружия! Экипировки! В лесу дикие звери!»

Но он прикусил губу, подышал, чтобы не свалиться в паническую атаку. И сказал совсем другое:

— А может, останемся возле катера? Хоть какая-то защита.