Паутина

Тут просьба к тебе со стороны сыскной полиции. Петербургской, не нашей. Что? Да, чиновник особых поручений Департамента полиции статский советник Лыков. Я тебе о нем рассказывал. Честный, умный; побольше бы таких во власти. Он сейчас сидит передо мной. Просит, чтобы ты его принял вместе с помощником, ему фамилия Азвестопуло. И ответил на вопросы. Честно ответил!

Гучков стал что-то говорить. Фон Мекк слушал и кивал. Завершил он разговор так:

– Прими мои уверения в совершенном почтении. Сегодня в семь жду на ужин.

Положил трубку, посмотрел на сыщиков хитрым взглядом и объявил:

– Ихнее превосходительство ждет вас послезавтра в половине третьего.

Питерцы поднялись. Лыков пожал магнату руку:

– Благодарю, Николай Карлович. Я ваш должник. Но если вам самому вдруг придет в голову какая-то подозрительная фигура, не премините сообщить, хорошо?

– В нашем железнодорожном деле чистеньких нет. Однако, если вдруг обнаружу среди грязненьких убийцу, непременно сообщу.

До встречи с городским головой оставалось много времени. Лыков телефонировал еще одному знакомому, Варенцову, крупному мануфактуристу. И попросил принять своего помощника для важного разговора, сказав при этом:

– Николай Александрович, речь пойдет о человеке опасном и вредном. Прошу вас откровенно ответить на вопросы коллежского асессора Азвестопуло.

Сергей пошел на Ильинку, в правление товарищества Большой Кинешемской мануфактуры, общаться с промышленником.

Старая тюрьма, помнившая еще Пугачева, встретила сыщика визгом лебедок. Внутри возводили огромный пятиэтажный корпус мастерских, а рядом – женскую больницу. Алексей Николаевич последовательно побеседовал сначала со смотрителем, потом с начальником каторжного отделения и закончил помощником смотрителя – именно он и оказался нужным сыщику человеком. Титулярный советник Дружинин заведовал мастерскими. Письмо Хрулева открыло питерцу все тюремные двери, включая даже «сахалинский» коридор.

Дружинин, умный, спокойный, с университетским значком на лацкане (редкий случай в тюремном ведомстве), сразу понял суть идеи сыщика.

– Как лучше всего перехватить арестантское письмо?

– Смотря от кого.

– От «иванов» восемьдесят первой камеры.

Титулярный советник ответил, не раздумывая:

– Через переплетную мастерскую.

– Почему именно через нее?

– Видите ли, ваше высокородие…

– Алексей Николаевич, с вашего позволения.