Пари с мерзавцем

Жевать сопли и грезить о сладкой жизни мне все-таки надоело, поэтому рывком поднялась на ноги, громко треснула кружкой по столу и пошла собираться.

***

Из-за двери доносились веселые голоса, смех, громкие разговоры. Дружная группа. Стая. Мне почти жаль, что ее частью я не стала и уже не стану.

А может, и не жаль. Может, это отблески утренней рефлексии.

Сумочку на плече поправила и зашла внутрь, как всегда, с таким видом, будто мне море по колено и горы по плечу.

— А вот и наша звезда стриптиза, — усмехнулась Рябова.

— Не переживай, Маришка, — подмигнула ей, широко улыбаясь, — будет и у тебя пять минут славы. Когда прекратишь по ночам пельмени жрать и спортом займешься, чтобы весь кисель с ляжек согнать.

Кто-то из группы заржал. Она тут же вспыхнула, как фитиль, открыла рот, чтобы что-то сказать, но остроумный ответ в голову не пришел.

— Не мучайся. Посиди, подумай, запиши на бумажку, после консультации прочитаешь, — посоветовала с деланым участием.

— Слышь, Оса, а я твой лифчик сохранил, — глумливо хмыкнул Игорь.

— О, нет! Избавь меня, пожалуйста, от подробностей твоей скудной сексуальной жизни. Мне совсем не хочется знать, что ты будешь делать с несчастной тряпкой.

— Сучка!

— И тебе не болеть, — опустилась на лавку возле окна, достала тетрадку и в ожидании преподавателя начала рисовать на полях.

— Захар вчера нашелся?

Услышав имя своего личного геморроя, я подобралась и вся превратилась в слух.

— Представляешь, нет, — донесся возмущенный голос Ирки, — я полночи телефон обрывала, металась в панике.

Я с такой силой надавила на ручку, что пластиковый корпус треснул. Значит, прямо от меня к ней пошел? Аж зубы на нервной почве заломило. Какой же все-таки гад. Не Мерз — мерзавец! Скотина бессовестная.

— …От всех моих вопросов только отмахнулся, — продолжала Верховцева, — дескать, отвали, дела важные были. Надо было какую-то проблему срочно решить.

— Какую?

— Я откуда знаю! Говорю же, на вопросы даже не подумал отвечать!

— Вот гад!

Правильное наблюдение. Очень правильное.

— …А ты за него еще замуж собралась! Оно тебе надо? — фыркнула Рябова.

Корпус ручки совсем раскрошился. В сердцах отшвырнула его на подоконник и полезла в сумку за карандашом. Я как никогда прежде ждала появления преподавателя. Не хотелось и дальше слушать этот дурацкий разговор, не хотелось давиться ревностью и беспомощностью.