Пари с мерзавцем

Глупо как-то, бестолково.

— Я долго думал и готов попробовать.

— Звучит очень интересно, — одобряюще показала большой палец, — но ни хрена не понятно. О чем думал? К чему готов? Расскажи, может, проникнусь, посоветую чего.

Злится. Однозначно. Хоть и пытается это скрыть за маской небрежности.

— О нас думал. И об отношениях на расстоянии.

— Понятно, — протянула Анечка, — значит, думал-думал и надумал?

— Да.

— Готов теперь, да?

— Да.

— Здорово. К сожалению, не могу сказать того же самого про себя, — нос сморщила и отвернулась, раздраженно постукивая пальцами по рулю.

— Ань, не пенься. Мы же не ругались. Расстались тихо-мирно, без выяснения отношений.

— Конечно. Ты просто сказал: иди на хер, Анечка, в моей жизни есть более важные вещи, чем ты.

— Я так не говорил.

— Именно так и сказал. Просто другими словами.

— Но…

Она посмотрела на меня исподлобья, как на дурака.

— Ладно, — в пораженческом жесте поднял руки, — было дело.

— Кто мне даст гарантию, что спустя некоторое время тебя снова не накроет идея самопожертвования во имя великой цели? Заработать миллиард, покорить Эверест, сменить пол? И ты снова не попросишь меня с вещами на выход?

— Не накроет, — произнес категорично, за что получил еще один выразительный и не очень добрый взгляд.

— Мерз, я тебе не верю, — строго произнесла Осипова. — Я не буду строить из себя из себя сахарную королеву и говорить, что мне плевать, что даже не вспоминала. Вспоминала. Еще как. Ты мне дорог.

— Ты сказала, что любишь.

— Типа сюрприз? Типа ты не догадывался? — нагло взглянула, ничуть не смущаясь своего признания и явно не ожидая ответного.

— По тебе трудно угадать, что у тебя в голове творится.

— Это защитный механизм, чтобы всякие не лезли и не топтались грязными ногами, где ни попадя, — отмахнулась она, — мне, знаешь ли, на пути вечно козлы всякие попадаются.

— Меня, как я понимаю, ты тоже к категории козлов приписала.

— Нет. Ты не козел. Ты — Мерз.

— Звучит как ругательство.

— Может быть, — Анька пожала плечами, — ты для меня много сделал. Больше, чем кто бы то ни было. И я тебе за это всю жизнь благодарна буду. Но и потоптался знатно. И я вовсе не про студенческие шалости, а про твое одностороннее желание поставить точку.

— Я был неправ.