Отогрей моё сердце

Засуетилась, не зная куда спрятаться от пытливых черных глаз. Отойдя от Архипа на два шага, отвернулась и замерла.

- Я не знаю, как сказать тебе…, - послышалось глухое с ее уст.

- Скажи как есть. Ты заболела? Зачем ходила в больницу? Я же вижу ты последнюю неделю сама не своя.

- Нет, - резко ответила. - Я не больна…

Архип приблизился и встал за ее спиной. Но порыв обнять поборол, сжав ладони в кулак. Лишь горячее дыхание опаляло ее макушку. Аромат его кожи, лосьона и табака густо наполнил воздух и как бы Есения не противилась, она обожала его, и даже тошнота не усиливалась, а наоборот, приглушалась.

- Есения…, я боюсь услышать от тебя то, что расколет мое сердце… Оно только начало оттаивать рядом с тобою…, но, если я тебе противен, и ты устала терпеть мои ласки, лучше скажи прямо. Я отстану и уйду, но насильно принуждать не стану. Я все понимаю…, ты молодая и вольна выбирать себе сама мужчину… и… не метиса, - с горечью произнес последнее слово.

Есения резко повернулась и уставилась на Архипа.

""Неужели он решил, что я его бросила?! И из-за чего? То, что он наполовину якут? Бред…, не может Архип так он думать"".

- Архип…, я должна тебе кое-что сказать…

Тукаев вскинул голову и с надеждой уставился на любимую. Боль и растерянность проступили в глазах, но он, сохраняя достоинство, не отводя взгляда, ждал…

- Я беременна. Срок: пять недель, - выпалила на одном дыхании.

Прислонилась к стенке, опустив руки, ждала его реакцию. Но Тукаев будто бы не расслышал, непонимающе смотрел на Есению. Потом моргнул и отвел взгляд.

- Пять недель…, пять недель…, - повторил словно робот и снова поднял взгляд уже более осмысленно всматриваясь в ее лицо.

- Прости…, - сглотнула и опустила взгляд на его грудь, не в силах вынести его недовольство от случившегося. – Я не планировала от тебя ребенка…, не хотела, чтобы так случилось. И сейчас не знаю, что делать, - вновь взглянула на Архипа. – Мы должны вдвоем решить этот вопрос…, наверное. Я не знаю…, - и закрыла ладонями лицо, сдерживая рыдания.