Особый случай

– Я привык избегать столь настойчивых приглашений. Особенно когда в гости ведут под конвоем. Мы можем идти?

– Где гарантия, что с вашим уходом волна минует нас? – спросил один из стражников.

– Даю слово, что она уйдет за нами. Мы можем идти?

Стража отступила, а Рейн перевел взгляд на слугу.

– Передайте Бербу, что у меня хорошая память. А на ужин к нему я заеду.

Бросив зловещее обещание, он увлек меня к кораблю. Задерживать нас больше не пытались.

Глава 26

Дэриэн

В первый момент я решил, что мой разум уже начинает играть со мной.

Но затем понял: нет, не чудится. Арлиса где-то совсем рядом. Заныло внутри, точно натянулись невидимые струны. Необъяснимое чувство, что появлялось лишь рядом с ней.

Где же моя рыжеволосая беглянка? Где мой упрямый Огонек?

Я огляделся, ожидая увидеть рядом знакомый цвет волос. Но нет. Прошли двое мужчин, семейная пара… Прополз крайне раздраженный наг. Группа троллей, шрамы которых говорили сами за себя. Ну и гулящие девки. Шлюхи виднелись тут и там, с призывно оголенными плечами и коленями.

Ни одна из них и близко не напоминала Огонька. В их глазах не было тех искр…

Арлиса поманила и снова исчезла."

"Я сжал кулаки. Ну нет, не упущу. Она здесь, на Эристане. Значит, никуда не денется. Не зря я мчался на этот остров, где правит бывший бандит и головорез. Мэр обещал посодействовать. Ну еще бы, за те деньги, что я ему посулил!

У Берба разветвленная сеть шпионов. Ведь когда в твои владения часто прибывают опасные типы, полезно знать, что творится в переулках и на площадях.

А я щедро платил за сведения об одной рыжей особе. Так щедро, что часть шпионов мэр отрядил узнавать новости о моем Огоньке.

И вот донесли. Некий скандал на острове, в котором замешан пиратский молодчик. Он упомянул имя – Арлиса. И это услышал один из людей Берба. Девка одного из пиратов, чье имя мне пока не назвали.

Нет, не девка, а мой Огонек. Арлиса – довольно редкое имя. А у этой девушки волосы были цвета вишни. Покрасила? Замаскировала? Да, она могла.

Я вдруг понял, что стою посреди улицы и сжимаю кулаки.

Как я ни пытался уловить ее присутствие, вокруг звенела пустота. Та самая, которая донимала меня, когда Огонек сбежала. Пустота, которую не могли согреть ни женщины, ни вино, ни схватки.

А теперь она где-то рядом. И от этого внутри все сжималось. Два нарровых месяца я гонялся за нею. Два месяца думал, что скажу при встрече. А теперь одна мысль: схватить и увезти подальше. Все объяснить, обнять, прижать к себе. И больше не отпускать ни на шаг.