Особенная Тень

У него хоть хватило ума, чтобы купить наёмников со стороны, но неужели не хватило догадливости, что я вытрясу информацию, если хоть один из подосланных попадёт мне в руки?

Этот просчёт кажется мне слишком глупым для него.

Я был с ним достаточно долго, чтобы понять, что Даниил отлично скрывает хитрость за напускным малодушием и внимательность за кокетством.

Задумчиво подкидываю в руке всё тот же кинжал, что вытащил у их мёртвого собрата. «Она звала тебя». И втыкаю лезвие ближайшему пленнику в горло, оставляя кинжал в его теле.

Марк единственный, кто сейчас рядом со мной в этой комнате для допросов. Он дёргается, явно не ожидая, что я так сделаю, но предусмотрительно ничего не говорит.

Наёмник хрипит, заваливается на бок и захлёбывается собственной кровью. Остальные в ужасе смотрят на умирающего, что дёргается ещё несколько раз и затихает.

– Спрошу ещё раз, – холодно продолжаю я. – Уверены, что забыли оторвать взгляды от блеска царского золота и посмотреть на лицо заказчика?

– Человек был подставной посыльный, – признаётся один.

 – Но мы… проследили. И этот посыльный вернулся во дворец в Ярате.

– Ваш друг говорит правду? – я обвожу взглядом остальных.

– Да, – отзывается один, а двое других поддерживают энергичными кивками.

Я вновь киваю, обдумывая услышанное. Я здесь уже двадцать минут и вряд ли добьюсь от них большего, ведь заходя сюда, уже догадывался, какие ответы они мне дадут. Марк без вопросов вкладывает в мою руку свой длинный кинжал, когда я протягиваю раскрытую ладонь.

Он приоделся и привёл себя в порядок, в глазах ни следа сонливости, мой помощник и один из немногих друзей полностью собран. Но даже на его лице я вижу гримасу недовольства и сожаления, когда он наблюдает за тем, как я убиваю каждого пленного, несмотря на их мольбы.

– Это мог бы сделать я, – угрюмо говорит Марк, когда я возвращаю оружие, не забыв предварительно вытереть лезвие об одежду одного из мертвецов. – Тебе было не обязательно марать руки.

– Я и так уже замаран с ног до головы, – стягиваю маску, наблюдая, как исчезает мой плащ Морока.

 – Так что лучше я, чем ты.

Друг печально качает головой. Знаю, что он ненавидит, когда я в таком настроении, но сейчас, как бы я ни пытался, не могу собрать себя в одно целое.

Следующие три дня Агата и Северин восстанавливаются. Девушка продолжает спать, но брат после первого дня возвращается к своим делам. Рядом с ним Анна, а когда она уходит к сестре, то правой рукой Северина становлюсь я.