Особенная Тень

– Кристиан – чёртов засранец, он даже не рассказал мне, что сам Морок! Как и Александр, никогда не спрашивал совета и не делился своими планами! – вдруг ругается она. – Он знал больше, чем мы думали, и хотел что-то сделать для тебя. Для нас всех. Оказывается, его наставник – Андрей – упомянул кое-что очень давно. Он рассказал, чем особенна связь ученика и наставника у Мороков: только они между собой могут делиться жизненной силой. У тебя есть метка Морока.

Чувствую, как палец сестры упирается мне в спину, там, где появилось странное пятно в форме ладони после воскрешения.

– Её тебе поставил Александр, она работает как ваша связь. Но такую же может поставить Морок и на живого. А точнее, такое может сработать, только если его поставит наставник на своего ученика.

Я рассеянно киваю, не совсем понимая.

– Александр продолжал тебя держать на привязи, но его силы не хватало для восстановления сердца и тела в целом. Ты была полностью мертва. Просто не разлагалась, а он перепробовал всё, что только знал, но ничего не помогало, потому что его жизненной силы не хватало.

– Я знаю, но как тогда он это сделал?

– Кристиан. Он отдал свою жизненную силу Александру, – тихо шепчет она. – Трудность в том, что Кристиан тоже уже оживил мёртвого и у него, как и у Александра, была лишь половина.

Я всё ещё не понимаю, но по позвоночнику уже ползёт неприятное предчувствие.

– Он отдал почти всё, что у него было.

– Почти? – моё дыхание сбивается, когда я пытаюсь понять её слова, что кажутся мне какой-то до ужаса сложной загадкой.

– Кристиан оставил для себя… ровно на год жизни, – голос Анны становится печальнее и тише, но прочистив горло, она продолжает. – Он всё продумал. Даже то, что Александр может попытаться вернуть ему его жизнь. Но такая передача возможна лишь в одну сторону, это может сделать только старший в пользу младшего. Кристиан поставил на него метку Морока, но с ними, как я уже и сказала, она работает по-другому, потому что Александр тоже Морок и, самое главное, он живой.

– Вот же действительно идиот! – зло выплёвываю я. – Где Кристиан?

Анна заканчивает причёску и какое-то время молчит, роясь среди косметики на туалетном столике. В тишине она даёт мне время всё осознать самой.

– Прошло два года… – выдыхаю я, понимая её заминку, в груди сердце молчит, но я давлю кулаком на грудь, пытаясь унять боль. Я понимаю, что не увижу больше своего друга.

– Да, – нехотя кивает она. – Он умер полгода назад. Кристиан… умер спокойно, Агата.