Особые обстоятельства

И после этой совместной прогулки, затянувшейся допоздна, глаза Дианты сияли как звезды.

Я сразу заподозрила, что глава дворцовой стражи неспроста с ней по городу гулял. Наверное, понравилась, или… хотел что-то выяснить через нее. После осторожных расспросов я стала склоняться к первому варианту. Агаси Тарлан больше расспрашивал Дианту о детстве, в каких краях жила, как долго путешествовала с Тильдой и не планирует ли тут задержаться. Хитрый игенборгец выяснил, что родственников у нее не осталось, и уговаривал не спешить уезжать.

— Дианта, будь осторожна, а то не успеешь оглянуться, как окажешься в его гареме, — полушутя-полусерьезно произнесла я."

"— У агаси Тарлана нет гарема, — смутившись, ответила она. — Он много работает, и ему было не до устройства семейной жизни. К тому же у обычных горожан гаремы не распространены, слишком затратно. На женской половине живут матери, сестры. Агаси Тарлан тоже сирота, вся его семья погибла во время мятежей. Акиф его ценит и уважает.

— Я вижу, у вас много общего.

— Он пообещал мне узнать насчет встречи с Тильдой.

«Вот с последним мог и не спешить. Танцовщице лучше дать время успокоиться и прийти в себя после неожиданного поворота судьбы», — подумала я, но ничего не сказала, не желая расстраивать Дианту.

Мы долго не засиживались. Обменялись впечатлениями о городе и разошлись по комнатам. Но я еще долго крутилась, не в силах заснуть и вспоминая события дня. Думаю, Дианта тоже…

* * *Несколько дней, проведенных в Игенборге, оказались для меня тяжелым испытанием.

Я умела сражаться на войне, среди звона стали и крови, но оказалась зеленой девчонкой, когда битва переместилась на поле чувств.

— Это мне?

Я смотрела на небольшой букет льдисто-синих цветов, похожих на мелкие колокольчики. Они пахли так нежно, что начинала кружиться голова.

— Ну а ты как думаешь?

Мы с Иррилием сидели в саду, окружавшем посольскую резиденцию. Здесь оказалось множество беседок, увитых цветами и местным виноградом.

— Зачем? — вопрос прозвучал как-то испуганно.

Взгляд у дипломата на мгновение стал растерянным.