Опекун для дочери бывшей. Часть 2

Слова давались нелегко, но он чувствовал, что должен их произнести. Именно сейчас. Второго шанса может и не быть. — Люба — мое прошлое… болезненное… я не могу этого изменить.

Надя замерла в его руках, боясь пошевелиться, и судорожно всхлипнула. Слезы помимо воли текли по щекам, но не приносили облегчения. Запуталась в своих чувствах, в словах Кирилла, в откровениях матери. Все случившееся больше походило на сцену из мыльной оперы с любовным треугольником. Только вот углы получались слишком острыми.

— Ты спал с ней? — едва слышно спросила она и до боли закусила губу, боясь услышать ответ.

— Конечно нет! — уверенно ответил Кир и чуть сильнее сжал ее руки. — Никогда.

Он прекрасно понимал, что находится в патовой ситуации. Если Надя не захочет верить ему, это будет конец всему. Доказать ничего не сможет.

— Но… там написано… — Надежда растерянно кивнула на письмо.

— Ничего такого там нет. — Он отрицательно покачал головой. — Ты сама докрутила. Между нами никогда ничего не было…

Кирилл выпустил ее из рук, сел на диван и сокрушенно зарылся пальцами в волосах.

"— Да, я хотел большего, но Люба была замужем и уже беременна тобой… Она не решилась на отношения со мной. Мне ничего не оставалось, как принять ее выбор. — Надежда внимательно вникала в каждое слово и прислушивалась к себе. — Мы не виделись много лет, пока однажды Люба не позвонила мне и не попросила о встрече.

— Ты поэтому не приезжал ко мне в пансионат? — тихо спросила Надя.

Пропустила его рассказ через себя, инстинктивно сопереживая. Не сомневалась в искренности Кирилла, но что это меняло?

— Я не мог… — Его голос предательски дрогнул. — Я слишком тяжело переживал смерть твоей матери. А ты так на нее похожа, что…

— Значит, я права и… — Надежда закусила губу.

— Я тоже так думал в самом начале. — Кир грустно улыбнулся и похлопал на место рядом с собой. Надя послушно присела. — Отгораживался от тебя, бежал от своих чувств, пока, наконец, не нашел в себе силы взглянуть правде в глаза. — Он взял ее за подбородок и повернул к себе, вынуждая смотреть на него.