Огненный тыл

Настил для пролетных строений поставляли из деревни, там рычали грузовики, разгружаясь в районе пляжа.

– Товарищ лейтенант… Смотрите, что тут творится, – зачаровано протянул Карякин. – Работают, сволочи… Как вы считаете: танки пройдут?

– Не знаю, – буркнул Шубин. – Видно провели простейший инженерный расчёт, знают, что делают. Танки эта штука, вероятно, не выдержит, а пехоту, автомобили, полевую артиллерию, возможно, бронетранспортёры. Хреново нашим будет, если вся эта нечисть расползётся…

– Уничтожим переправу, товарищ лейтенант?

– Карякин, не глупи… Даже если придумаем как её взорвать – ляжем костьми.

– Точно, товарищ лейтенант! – возбудился Дубровский. – Возьмут переправу, закрепиться на плацдарме и отсюда двинут отвоёвывать Соловьёво. Маленький вопрос: как подгадать, чтобы завершение строительства совпало с приходом наших?"

"Ответа не было – подобное совпадение из области фантастики. Сколько времени понадобится немцам, чтобы закончить монтаж моста – пять, шесть часов? Из увиденного явствовало, что на левом берегу войск почти нет.

Мотоциклетный разъезд остался за спиной вместе с рыбаком, тот как раз что-то поймал, заработав в свой адрес массу сальных шуточек. Мотоциклисты их не окликали, патрули примелькались, к тому же, лиц они не видели, избавив тем самым от ненужных вопросов. Напротив строящейся переправы, в стороне дощатых построек, немцы устроили пулемётное гнездо с круговым сектором обстрела – выложили кольцом мешки с песком, оставив узкий разрыв для прохода внутрь, возвышался ствол пулемёта на сошках, мерцали каски.

– Выглядит не празднично, товарищ лейтенант, – шепнул Карякин. – Вроде их немного – рыл восемь с мотоциклами, за мешками человека четыре, да патрули, вроде нас, иногда проходят.

Интересно, есть другие? Надо выяснить, куда пойдут войска, переправившись на этот берег? Вдоль Днепра, на север – путь в никуда.

Шубин бросил вполголоса Климову:

– Оставаться здесь и в экстренной ситуации реагировать, если немец по малой нужде заберётся в кусты – не трогать.

– По малой не заберётся, товарищ лейтенант, – хихикнул Дубровский. – А вот по большой может.