Однажды я выберу тебя

Его подбородок по-прежнему лежал на моем плече, а отросшая за день щетина едва касалась щеки. Я чуть обернулся и увидел, что глаза его закрыты. Он выдохнул и открыл их, поймав мой взгляд.

На его лице вновь возникло застенчивое выражение, которое лишало меня самообладания.

– Не отвлекайся, Кауфман, – проговорил он низким гортанным голосом.

А потом он начал играть, и его – наши – пальцы медленно двигались по клавишам.

Он несколько раз начинал заново, пытаясь удержать мои руки, лежащие сверху, но через какое-то время мы вошли в ритм.

– Что мы играем? – спросил я.

– «Лунную сонату», – ответил он. – Бетховена. – Не пропустив ни одной ноты, он коснулся губами моего уха. – У тебя хорошо получается.

Все умные слова вылетели у меня из головы. Я просто благоговел перед его мастерством, которое теперь ощущал прямо под своими ладонями.

– Сейчас будет быстрее, – предупредил он.

И, черт возьми, он сумел. Пальцы Сайласа танцевали по клавишам потрясающе быстро и точно, даже несмотря на вес моих рук. Я закрыл глаза и почти смог представить, что заполнившую комнату невероятную музыку сотворил я.

Потому что так и было. Сайлас подарил ее мне. Он разделил со мной живущую в нем музыку, сделал меня ее частью.

Я чуть сдвинул руки вниз, переплетая наши пальцы. Он перестал играть, и в квартире внезапно повисла тишина. Затишье перед бурей. Я обвил вокруг себя руки Сайласа и прижался к нему, тая в его объятиях.

– Макс… – хрипло прошептал он и прижался лбом к моей спине. Даже через футболку я чувствовал тепло его дыхания на своей коже.

Я закрыл глаза, наслаждаясь этим ощущением. Жужжанием электричества, за мгновение до того, как появится искра."

"Несколькими восхитительными мгновениями между чирканьем спички и вспышкой пламени.

ГЛАВА 23

СайласМакс заглушил музыку и обнял себя моими руками. Я уткнулся лицом ему в спину, наслаждаясь твердостью мышц. То, что такой парень вообще появился на свет и захотел иметь со мной дело… казалось просто чудом.

Какое-то время мы сидели молча.