Невозможный Роман

И это стало проблемой, ведь не нужно ей было к нему привыкать. Рано или поздно они с Глашей расстанутся, она перестанет быть ему интересной, а ребенок... Ребенок будет страдать. А впрочем, что уж скрывать, страдать будет не только Дашка. Можно было сколько угодно себя обманывать, но правда заключалась в том, что она уже и сама не мыслила жизни без Полякова. Потому что влюбилась. Глупо, сильно, опять не в того..."

"Аглая, конечно, до последнего держала лицо, никак не демонстрируя Роману своих чувств (по крайней мере, она надеялась на то, что никак их не демонстрирует), но все изменилось в прошлое воскресенье.

Изменилось необратимо и навсегда. С чего? Почему? Ничего глобального ведь не произошло даже. Просто у Дашки выпал первый молочный зуб, а они с Романом, замотавшись, совсем забыли о подарке, на который ночью Зубная фея должна была его обменять. Дашка растолкала Аглаю на рассвете. Кажется, она только-только выпроводила Полякова на диван, как делала всегда, чтобы дочка, проснувшись, ни в коем случае не застала того в ее постели.

- Даш, зайка, дай маме поспать...

- Не могу! - всхлипнула девочка. - Тут... тут та-а-акое случилось!

Сон Глаши сняло, как рукой. И даже Поляков, будто почувствовав неладное, проснулся, а может, просто уснуть не успел. Они-то с ним до утренней зорьки кувыркались...

- Что случилось? - насторожилась Глаша. Дашка вытянула вперед руку с зажатым кулаком, картинно медленно разжала пальцы, являя взорам собравшихся мелкий молочный зуб:

- Зуб на месте! Как лежал под подушкой - так и лежит, - пожаловалась девочка и добавила драматическим шепотом: - Кинула меня фея с подарком.

Глаша сглотнула. Закусила подрагивающую от смеха губу и в поисках поддержки подняла взгляд на Романа. А тот и себе корчился от смеха, стоя в дверях. Сонный, взъерошенный, с отпечатком от подушки на щеке он ей казался таким родным и близким...

- Знаешь, думаю, все дело в том, что официально еще не утро, - зевнул Роман.

- То есть как это?!

- Только пять часов, Даш.

А все феи знают - в воскресенье утро начинается не раньше девяти.

- Правда?!

- Зуб даю...

- Смотри! - погрозила Даша пальчиком, - соврешь - выпадет, как у меня.

Поляков обреченно кивнул.

- Ну, так что? Ты идешь досыпать?

- Угу! А можно к тебе, мам?

- Забирайся!

Дашка отрубилась минут через пять. А еще через некоторое время Глаша услышала, как на улице заурчал мотор, но почему-то не придала этому значения.