Не бывшие

Шероховатые ладони Дениса медленно растирают липкое семя по коже. Между складками и выше. Он будто помечает меня собой. Запах его возбуждения кружит голову, заставляя прикрыть глаза и прочувствовать этот момент. Когда большой палец Дениса надавливает на анус, я отшатываюсь.

— Ш-ш, тихо, Юль. Зря ты ко мне пришла, потому что туда я тоже хочу. Не сейчас, позже.

Глава 31

Денис

Проснувшись от мерного шума воды за стеной, приподнимаюсь на локтях и смотрю на часы. Шесть утра. Какого хрена? Мы проспали всего два часа, и сейчас такое ощущение, будто в глаза насыпали песка.

Я поднимаюсь с постели, иду в сторону ванной комнаты. Дёрнув за ручку двери, переступаю порог. Стёкла душевой кабины запотели, но очертания женского тела всё равно прекрасно видно: округлые ягодицы, тонкую талию, стройные ноги. Ладная, миниатюрная. От нахлынувшего возбуждения мигом простреливает в паху.

Юлька намыливает голову шампунем, смывает густую пену. Подставляет лицо под струи воды и тихо напевает что-то себе под нос.

Я преодолеваю расстояние за секунды. Открываю дверцу душевой, поворачиваю Юльку к себе и вжимаю в стену. Она теперь моя — сама попросила.

Голубые глаза широко распахиваются, и я, пользуясь её замедленной реакцией, наклоняюсь и целую в губы. Они мягкие и податливые. Вкусные. Юлька впускает мой язык, но при этом возмущённо ударяет кулаками по груди и пытается меня оттолкнуть. Совершенно бесполезное занятие.

Сильный напор горячей воды лупит по плечам, я отстраняюсь и утыкаюсь носом ей в висок. Юлька прекращает трепыхаться и шумно дышит. Боится? Вдыхаю ванильный аромат её волос, зарываюсь пальцами в мокрые пряди. Нравится мне. Вся она нравится. Теперь бывшая жена наконец-то перестанет от меня бегать. Дождался.

— Я на работу опоздаю, пусти… — шепчет Юлька.

— Я предупрежу Жорина, что у тебя сегодня выходной. К сестре съездишь.

— Это по какому поводу выходной?

Накрываю ладонью её грудь.

— Никакого особенного повода, — отвечаю позже. — Ты теперь спишь с боссом. Тебе можно.

— Идиотские шутки, Денис.

Юлька пытается обидеться, но тут же несдержанно ахает, когда я убираю руку от груди и опускаюсь ниже, поглаживая костяшками впалый живот.

Готов поспорить, что она уже влажная.