Не бывшие

Наверное, нужно включить свет, но в полумраке я чувствую себя гораздо увереннее. Главное, не думать ни о чём, расслабиться, отбросить в сторону все комплексы и волнение. Я почти не изменилась с тех пор, как мы развелись. Разве что прибавила килограмм-другой, но дополнительный вес почти не заметен на моей фигуре, тем более при таком освещении.

Останавливаюсь напротив, делаю глубокий вдох и выдох. Приходится запрокинуть голову, чтобы посмотреть на Дениса. Он высокий, гораздо выше меня, и без каблуков я едва достаю ему до подбородка.

Развязав полы халата, скидываю его с плеч и бросаю себе под ноги. Низ живота покалывает от возбуждения, а грудь тяжелеет и покрывается мурашками.

Денис неприкрыто меня разглядывает. Он дорого заплатил за то, чтобы уладить мои проблемы, поэтому имеет право определять ценность товара. Проходится взглядом с головы и до ног, чуть дольше останавливается на уровне груди. Раньше он любил ласкать её языком. С ума сходил, когда видел меня обнажённой. А сейчас? За три года у него было много разных женщин — теперь ему однозначно есть с чем сравнить.

— Ты же не думаешь, что я откажусь, Юль? — наконец спрашивает Денис.

Я молчу и учащённо дышу, когда он плавной походкой подходит ближе и приподнимает мой подбородок. Карие глаза хищно сверкают. Предупреждают, но не пугают. Я прекрасно знаю, чего ждать от этого человека.

— Ты предложила, я согласился. На всё, что может хотеть взрослый мужчина от женщины.

— Понимаю.

— Я буду трахать тебя куда угодно. Как угодно. Когда угодно.

Киваю, облизав пересохшие губы. Сердце быстро бьется в груди.

— Мы можем оговорить сроки? Сколько это будет длится? День? Неделя? Две? Нам нужен договор.

Он усмехается, а затем слегка касается губами моих губ. Я вздрагиваю и прикрываю глаза от удовольствия. Приятно. Приятно, чёрт возьми, несмотря на всю абсурдность ситуации.

— Малыш, условия буду ставить я, — шепчет Денис мне в губы. — Месяц? М-м, нет, мало.

Ещё один едва уловимый поцелуй.

— Два. Два месяца.

Он опускает ладонь на мою талию и вплотную прижимает к себе.

— Хорошо. Два месяца. А дальше что?

— Давай потом, Юль?

Он не даёт мне ничего ответить, вновь целует, только теперь усиливает напор, посасывая мои губы и толкаясь в рот языком. Тело откликается на его ласки. Это выходит непроизвольно и совершенно не поддаётся контролю.