Незабытые чувства

Он предлагает полететь на море вместе с нами. Ничего не имею против лишних рук и помощи. А если Димка вырвется с работы, то это и вовсе окажется идеальным вариантом. У нас с Нейманом тогда будет свободное время для общения наедине. Пора уже дать Генриху шанс за его настойчивость и терпение. Заодно, может, выброшу из головы мысли о Янисе.

Через два часа я паркую машину возле спортивной школы. Заметив внедорожник Багдасарова, хмурюсь. Еще в прошлый раз я обратила внимание, что он пересел со спорткара на огромную махину такого же цвета.

Выхожу из машины и беру Андрюшу за здоровую руку.

– Помнишь, да? Ведешь себя хорошо, – ласково произношу я.

– Помню. Ты всегда мне об этом говоришь. Я не тугодум, – бурчит сын в ответ.

В фойе школы я замечаю Яниса в компании Гумшиной и еще нескольких человек из фонда.

Взъерошив Андрею волосы на макушке и поцеловав его в щеку, я иду в раздевалку.

Провести тренировку и отснять материал. Ничего сложного, правда? Обычные для меня вещи. Почти повседневные. Но делать это, когда на тебя смотрят слегка прищуренным и красноречивым взглядом, думая, видимо, о чем-то запретном и очень откровенном, безумно тяжело. А я отвыкла выступать на публике и держать лицо. От былого хладнокровия остались крупицы.

Собравшись с духом, выхожу из раздевалки. Гумшина вдруг заявляет, что больше никаких съемок на льду не нужно. Объясняет, что в следующий раз мое личное присутствие также не обязательно: для интервью подойдет кто-нибудь из помощников, владеющий информацией и цифрами по секциям.

Неожиданно.

Кто-то передумал мучить меня своим вниманием? Так бы сразу, Янис...

Нахожу Багдасарова глазами. Он стоит неподалеку и, вложив руки в карманы брюк, наблюдает за мной и Гумшиной. За его спиной на скамейке расположились Настя с Андреем. Проследив за моим взглядом, Янис оборачивается и смотрит на ребенка.