Невольница любви

 — Теперь продолжай, как было сказано, а пока повелитель отдыхает в бассейне, вымойся сама — больше сегодня такой возможности не представится. Потом господину сделают массаж, а я дам тебе новую одежду.

И Баба Гассан отошел, оставив Индию наедине с деем. Кейнанреис сел на мраморную скамью и кивком велел Индии начинать. Она промыла его темные волосы, вытерла насухо и, став на колени, занялась ногами. Потом он поднялся, и Индия тщательно намылила его грудь, спину, живот и ягодицы. Втайне она считала, что дей идеально сложен, но боялась, что совершает грех, глазея на обнаженного мужчину.

— Все, господин мой, — тихо обронила она, ополоснув его.

— Вовсе нет. Ты еще не коснулась моей мужской плоти, а на Востоке ее полагается мыть особенно тщательно.

— Разве ты не можешь сделать это сам? — выпалила она. Господи, неужели он действительно требует, чтобы она вымыла его там?!

— Возьми мягкую тряпочку, стань на колени и выполняй приказ, — непререкаемо изрек он.

Индия стиснула зубы. Она не позволит ему себя запугать!

Девушка присела.

Она окунула тряпочку в алебастровый сосуд с густым мылом.

— Осторожнее, — предупредил дей. — С этой частью тела нужно обращаться крайне осторожно. Ты ведь не хочешь повредить столь прекрасное и мощное орудие?

— Уверена, что в мире есть и получше, — фыркнула Индия, прежде чем успела сообразить, что несет. Но дей, к ее облегчению, рассмеялся.

— Возможно, — согласился он, — но поверь, моя маленькая невинность, это грозный противник, и мои женщины еще не жаловались. Закончив неприятную работу, Индия медленно поднялась.

— Твои женщины просто не смеют этого делать, господин, из страха лишиться удобств и роскоши гарема. Соизволит ли господин идти в бассейн?

Она отвернулась и, пока дей блаженствовал в теплой душистой воде, наспех помылась. Дождавшись, когда она закончит, дей поманил ее.

— Иди сюда, — велел он, окидывая ее дерзким взглядом.

— Твои губы как спелые ягоды, — неожиданно вырвалось у него. — Тебя когда-нибудь целовали?

Девушка кивнула, завороженная синевой его глаз.

— Твой любовник-англичанин?

— Он мне не любовник, господин. Мы собирались пожениться.

— А кто еще изведал вкус твоего рта? — допытывался он.

— Никто, господин. Я не отличаюсь легкомыслием и не какая-нибудь распутная девка.