Невинная для Лютого

Так тебе, сволочь! Пусть эта минута покажется тебе вечностью! Пусть страдание, которое ты испытываешь перед моментом своего низвержения в глазах значимого тебе человека, вырвет кусок твоего каменного сердца! Пусть тебя коснутся самые страшные страдания, возможные в этом мире!

Чтобы ты хоть на десятую долю понял, что чувствую я, вынашивая от насильника возможно единственного подаренного мне жестокой судьбой ребёнка.

— Ангелина, — окликнула меня Мария, и я остановилась у окружающей сад стены.

— Слушайте внимательно, — резко развернулась я и шагнула к женщине.

 — Я скажу это только один раз. Надеюсь, вы поймёте и больше не станете вставлять палки в колёса.

— Что?

Мария, привыкшая к моему молчанию и скромности, не ожидала жёсткого делового тона. Но то, что я собиралась сказать, по-другому не получится донести. Я посмотрела в её глаза и, не обращая внимания на её растерянность, деловито объяснила:

— Мы с Люты… Лютиком переспали. — Ощущая величайшее отвращение к тому, что приходилось говорить, я выдавила циничную усмешку.

 — Так бывает. Я была навеселе, а он так хорошо выступил на ринге, что всё закрутилось во мгновение, и я забеременела. И оказалось, что это, скорее всего единственная возможность стать мамой. Мой отец категорически против, и нам с Лютиком придётся разыграть спектакль, чтобы папа поверил в неземную любовь и одобрил наш брак. Иначе мне придётся избавиться от малыша, потому что… — Я решилась выложить свой главный козырь, и пояснила: — Мой отец — Владимир Кирсанов.

Лицо женщины побелело, как мел, и я усмехнулась. Она прекрасно поняла, что значит “Кирсанов против”, но решила усилить эффект.

— К тому же, мне бы не хотелось видеть… боль Алексея. А это неотвратимо, если отец узнает правду. Лютик пострадает и очень сильно.

Мария приоткрыла рот, но не смогла ничего выговорить. Я понимающе кивнула:

— Моя выгода — ребёнок. Для того, чтобы отец не заставил меня сделать аборт, нужно убедить его в искренности наших чувств.

Я наблюдала за Лютиком несколько дней, пока мы гостили у вас, и поняла, что для него эта задача необычайно сложная. Если вы готовы ему помочь, то сделайте это. Если нет… скажите сейчас, и я уеду. Придумаю иной способ сохранить дитя. Но за жизнь его отца не поручусь.

Я замолчала и вскинула подбородок. Да, я видела и по подрагивающему подбородку женщины, и по влажным дорожкам слёз, что переборщила, но это намного лучше, чем недожать.