Казачий спас

Указом его императорского величества Григорию Серко, из казаков, даровано право носить именное оружие с дарственной надписью его величества, — с этими словами капитан развернул сверток и положил перед парнем пистолет «Браунинг-2» в новенькой кобуре. Близнеца того, что у него уже был. Охнув, Гриша осторожно вытащил пистолет из кобуры и впился взглядом в серебряную табличку с надписью. «За доблесть и верное служение Отчизне», — было написано на ней, и ниже фамильный императорский вензель."

"— С этим оружием тебе никакие бумаги больше не нужны, — добавил капитан, протягивая ему документ с гербовой печатью.

 — И отобрать у тебя его не имеет права никто. Только в том случае, если ты начнешь средь бела дня по прохожим стрелять в пьяном безобразии. Запомни. Увидев такое оружие, любой полицейский чин обязан в первую голову связаться с канцелярией его величества и узнать, выдавалось ли такое оружие. И если да, то дальше он обязан сообщить в ту же канцелярию, на каком основании носитель данного оружия был задержан, а оружие временно изъято. Любой нарушивший это правило является нарушителем императорской воли и подлежит увольнению со службы с лишением всех чинов и званий.

— Сурово, — покачал Гриша головой, продолжая любоваться пистолетом.

— Пистолет я сам выбирал, так что можешь им смело пользоваться.

— Спаси Бог, Петр Ефимович, — склонил парень голову.

— Угодил? — с улыбкой спросил капитан.

— Не то слово. Это ж, считай, родовое оружие теперь, — прошептал парень.

— Ну, а это тебе вдобавок. Уже от нас. От всей службы, так сказать. Нашли в тайнике у купца, — пояснил Залесский, выкладывая на стол пачки ассигнаций. — Что-то себе на веселье оставь, а остальное в банк положи. Ну, ты парень хозяйственный, разберешься.

— Сколько там? — поинтересовалась Герцогиня.

— Сто пятьдесят тысяч. Так что, с учетом того, что он уже получил, наш Гриша солидный жених. И студент, и на службе числится, и георгиевский кавалер, и свой счет в банке есть, — продолжал посмеиваться капитан.

— И все вам благодаря, — улыбнулся в ответ парень.

— Родителей своих благодари, — вздохнул капитан. — Это они тебя и родили, и воспитали, и обучили. А я только правильно использовал. Ну, а что с этим делать, сам разберешься, — закончил он, протягивая парню коробочку.

Быстро вскрыв бумажную упаковку, Гриша достал из нее бархатную коробочку и, приоткрыв, удивленно уставился на капитана. В ответ тот только заговорщицки подмигнул.