Казачий спас

Еще одной загадкой для него стал способ, которым обыватели умудряются узнать последние новости. Особенно если они не очень хорошие. Не успел приехавший доктор заняться ранами солдат, как во дворе появились комендант гарнизона Ессентуков и полицмейстер города.

Но если коменданта интересовали его подчиненные и он доставал вопросами врача, то полицмейстер попытался насесть на казака и самого князя. Заметив, как опасно сузились глаза паренька, Николай Степанович отозвал полицмейстера в сторону и, предъявив ему грозную бумагу от самого генерал-губернатора, задал вопрос, что называется, в лоб:

— Чего вы добиваетесь, милостивый государь? Парень спас меня и мою семью от плена, а возможно, чего и похуже.

Хотите сделать его в этой истории крайним?

Не ожидавший такого кунштюка полицмейстер растерянно крякнул и принялся утирать лицо платком, собираясь с мыслями. Что ни говори, а предъявленная ему бумага ясно говорила, с таким свяжись, и костей не соберешь. Наконец, решившись, он вздохнул и, убирая платок в карман, ответил:"

"— Признаться, князь, это был бы лучший выход для всех.

Горцы объявят кровную месть, и спокойным временам придет конец. А мы сейчас не в том состоянии, чтобы снова ввязываться в долгую войну. А месть они объявят. Особенно если не смогут вернуть тела своих погибших. Так что было бы лучше обойтись малой кровью.

— Вы в своем уме, любезнейший? — прошипел князь, и в голосе его лязгнул металл.

— Вы не знаете местных реалий, ваше сиятельство, — огрызнулся полицмейстер.

— Зато я знаю, что императорская гвардия своих не выдает.

А еще я знаю, что борьба с бандами — это ваша прямая обязанность. И еще. Князья Воронцовы-Ухтомские никогда ни у кого в должниках не ходили. И закрывать свои долги подобным образом есть урон дворянской чести.

Не найдя, что ответить, полицмейстер крякнул и, покачав головой, спросил:

— Вы позволите мне допросить его?

— В моем присутствии, — жестко отрезал князь.

— Как пожелаете, — сдался полицмейстер и направился к сидевшему у коновязи юноше.

— Ты их хорошо рассмотрел? — начал он, едва подойдя к парню.

— Да.

— Какие-нибудь родовые знаки или гербы на телах или вещах были?

— Нет, — подумав, качнул Григорий головой. — Это вообще не набег был.

— А что тогда?

— По всему видать, дядька молодых воинов в поле вывел, чтобы дать пороху понюхать и крови попробовать. Что кони, что сбруя, что оружие, все без клановых знаков. Да и собрано словно с бору по сосенке. Они потому и проиграли, что первый бой был.