Невеста-незабудка

Лотти не считала, что сказала что-то не то, однако понимала, что изменить ситуацию до прибытия на место невозможно, а следовательно, бессмысленно развивать эту тему, тем более что было совершенно ясно: Лилли встревожена куда больше, чем позволяет себе показать.

Лотти положила голову сестре на плечо, прекрасно понимая, почему та пошла на такой безумный шаг — стала невестой Пибоди. Потому что она отчаянно хотела вырвать Лео из-под опеки дяди Герберта; потому что она так сильно любила их с Лео, что готова была сделать для них все, что угодно.

— Я люблю тебя, Лилли, — осипшим голосом проговорила она, прощая сестре ее опрометчивый поступок, потому что он был вызван самыми лучшими намерениями. — Ты самая лучшая в мире старшая сестра.

— И я тебя тоже люблю, мой ягненок, — сказала Лилли, крепче обнимая Лотти за тоненькие плечи; глаза у нее блестели слишком ярко, голос звучал неестественно глухо. — А наша любовь друг к другу и к Лео — это самое главное.

— Добрая леди дала мне палочку лакрицы, — объявил через несколько минут Лео, когда они с Летти вернулись в каюту.

— Да хоть сам Билли Кид. — Летти устало присела на край своей полки. — Умираю — хочу спать.

Лилли тоже хотелось спать. День выдался долгий и трудный. Она не помнила более долгого дня.

— Пора спать, — сказала она Лео и принялась снимать с него курточку.

— Лео будет спать внизу? — спросила Лотти, сняв шляпку и поднявшись на цыпочки, чтобы аккуратно положить ее в ногах на верхней полке, которую девочка уже облюбовала для себя.

— Да. — Лилли не обратила внимания на вопль протеста усталого Лео. — Если будет качка, он упадет с меньшей высоты.

— Что ты имеешь в виду? — мрачно спросила Летти, уже укрывшись, как была в одежде, тоненьким одеялом. — Вообще-то уже качает, ты разве не заметила?

Голова Лилли была забита совсем другим, чтобы обратить внимание на усилившуюся килевую и бортовую качку «Сенатора».

— Чем скорее мы уснем, тем лучше, — сказала она, укладывая Лео как можно надежнее на его полке и укрывая еще и своим пальто поверх одеяла.

— Как странно читать молитвы, когда мы движемся, — сонно заметил Лео. — Как ты думаешь, Бог не рассердится? Он не посчитает это неваж.., неуваж.., плохими манерами?

— Конечно, нет, мой хороший, — нежно проговорила Лилли, убирая со лба Лео прядь волос.