Невеста моего сына

Теперь я официально дипломированный специалист, и я очень рада тому, что Ник в свое время уговорил меня не бросать учебу. Да, в какой-то момент хотелось прекратить мотаться два раза в год на сессии. Особенно, когда я ждала нашу дочь. Мы назвали ее Алисой.

Тогда Ник полетел в Москву со мной и массировал поясницу, которая просто отваливались от многочасовых сидений на экзаменах.

После экзаменов мы остались в России еще на месяц. Рожали мы тоже в Москве.

А еще мне нужно было все-таки встретиться с мамой. Она имела право увидеть внучку, учитывая, что мы не собирались жить в России после родов.

Наша встреча прошла не так хорошо, как хотелось бы. Даже несмотря на то, что мы не виделись несколько лет.

Маме не понравился Николай буквально с порога, хотя я не представляла, как такое вообще возможно. Но после того, как она узнала нашу с ним разницу в возрасте, ничто не могло изменить ее мнения. Она не дала ему даже шанса."

"Весь час, что мы провели у моей матери в гостях, она лишь холодно обращалась к нему на «вы», по каким-то незначительным вопросам, например, предлагала чай.

Я же только и выслушивала от нее якобы шутливые претензии о том, что «забыла свою мать, не звонила и вообще пропала». Почему я не хотела все это время даже видеться с ней, мама так и не поняла.

С внучкой мама тоже познакомилась будто с одолжением. В голове не укладывалось, что именно такой стала наша единственная за несколько лет встреча, но теперь я понимала, что дело вовсе не во мне.

Когда, распрощавшись, Ник вышел из квартиры в машину, чтобы отнести тяжелое автомобильное детское кресло, мама произнесла фразу, которая перечеркнула все мои надежды на наши дальнейшие хорошие отношения:

— Не думай, что я буду обеспечивать тебя и твоего ребенка, Саша, когда этот тебя бросит, а он обязательно бросит.

Больше мы не виделись. Даже когда я прилетала в Москву из-за учебы.

Я только посылала ей деньги, которые зарабатывала сама в Африке, так как мама жаловалась на здоровье и дорогие препараты, хотя Ник говорил, что мне не обязательно быть такой принципиальной и брать только собственные деньги, но я не могла иначе.

В моей душе все еще оставался большой комок противоречий, которые разрывали меня на части.