Невеста черного Медведя

Я улыбнулась, вспомнив матушку Зиму и её фразу, обращённую к любимому. Понравлюсь ли я воеводе?! Так вот для кого меня сюда прислали.

Э, нет.

Такого мужчину я не упущу.

Этот выбор богов мне по душе.

Правда, пусть постарается мне это доказать.

Легко доставшийся трофей мало ценен, а вот то, что добыто в муках — бесценно!

Вот и пусть чуток помучается.

Глава 25

Подстил из еловых ветвей и вправду оказался куда мягче, чем деревянная лавка, но до перины явно недотягивал. Уложив меня, Иоран скользнул за мою спину.

Естественно, я же девушка приличная. Напомнила бы ему о своей репутации и девичьей чести.

Но!

Сейчас, в таких условиях, уж лучше спать в объятьях этого гиганта и не выступать не по делу.

Спина-то ещё помнит твёрдость деревянной лавки.

— Эта война скоро закончится. Мы почти одержали победу. С четырёх сторон подходят наши отряды, — шепнул мне в волосы лесной, — как только мы займём княжеский город, эти земли окончательно отойдут нам.

"Лениво поёжившись, я поправила его руку так, чтобы она лежала на моём животе чуть ниже. А то кто-то очень ушлый большим пальцем умудрялся грудь ласкать, заговаривая при этом мне зубы.

— Тогда я хочу замок и кровать с балдахином, — пробубнена сонно я.

А что?!

Наглеть так наглеть: по полной, так сказать, хотения выдвигать.

— Какая на удивление скромная женщина мне досталась! — хохотнул тихонечко Иоран и снова сдвинул руку выше.

— Медведь! — шикнула я. — У меня ещё лаку для волос половина флакона.

— Не боюсь, — выдохнул он мне на ухо, аккуратно прикусив мочку.

Грубая мускулистая ладонь скользнула ещё выше и легла на ложбинку промеж грудей. — Ты сводишь с ума, Лиза, даже в этой своей нелепой шапке и в куртке, которая тебе настолько велика, что можно завернуть в неё дважды.

Ой, как приятно. Как будто бабочки в животе вспорхнули.

— Ничего переворачивать не нужно, — я накрыла его ладонь своей. — Мне хватит замка и удобной кровати.

Рассмеявшись, он сильнее прижал меня к своей груди.

— Я запомню твои пожелания.

Усыпая, я чувствовала его дыхание в своих волосах.

Так хорошо было, что даже страшно становилось.

Чей-то душераздирающий вопль вывел меня из сладкого сна.