Невеста черного Медведя

С другой стороны леса на поляну вышел небольшой отряд полуобнажённых воинов.

— Что-то рановато они, — услышала я от Иорана.

— Может, случилось что?

— Нужно узнать, — прильнув ко мне, он снова поцеловал, сладко и нежно. — Прости, красавица моя, но мне нужно с ними поговорить.

Я только кивнула.

Поднявшись, он направился в сторону греющихся у костра мужчин. Оставшись наедине со своими мыслями, подивилась только. Я себя не узнавала. Так легко приняла ласки малознакомого мужчины, и совсем не сомневалась в том, что поступаю верно.

Если рассудить здраво, то чего мне ерепениться. Мужик он ладный, можно даже сказать, шикарный. И фигура, и лицо пригожее.

Характер — это я ему подправлю, будет как шелковый.

Ну, хорош же!

У полевой кухни послышалась какая-то возня. Присмотревшись, увидела проснувшегося Фава, потирающего живот. Он поднялся, чтобы накормить вновь прибывших. Тоже мужик хороший. Его бы побрить, умыть да пристроить к женщине толковой. Не нравилась мне та лиса, что от него нос воротила.

Я, конечно, с ней лично не знакома, но раз такого поклонника не оценила, значит, ничего там стоящего.

Сладко зевнув, снова прикрыла глаза, спрятав нос под одеяло. Зима на дворе, а я на открытом воздухе сплю. Хоть бы палатку какую для меня добыли.

Ужасные условия.

Я долго ворочалась, переворачиваясь с бока на бок. Спина ныла, суставы ломило, да и просто холодно было. Думала уже встать, как вдруг меня кто-то поднял на руки.

— Пойдём со мной, красивая моя, я уложу тебя удобнее и согрею, — услышала я над собой шёпот Иорана.

 — Только не гони меня.

— Куда ты меня устроишь? — сонно пробубнена я.

— К себе на подстил, — тихо ответил он мне в волосы, — еловые лапы мягче и от земли так холодом не тянет, а два одеяла ведь лучше, чем одно!

— А приставать не будешь? — лениво протянула я и обняла его за шею.

— Только самую малость, — хохотнул он.

— Точно? — уложив голову на его плечо, я попыталась снова заснуть.

— Зима на улице. Ты в куртках. Вокруг нас около двух сотен воинов.

Конечно, я не стану к тебе приставать. Я никогда не уроню твоё достоинство в глазах других. Будет другое время и другое место, и я смогу заявить на тебя права, как на супругу. А пока позволь просто уложить удобнее и согреть.

— Мне нравятся твои слова, лесной, — я потёрлась носом о его плечо. — Я не хочу снова ошибиться.

— Нет, — его тихий смех расслаблял и успокаивал, — я не дам тебе во мне усомниться. Я лучшее, что могли послать тебе боги.