Девочка из прошлого

Если это приближало меня к цели, я готова была лететь на Луну.

Из аэропорта нас забрал водитель на бронированной машине, и мы отправились в дом сеньора Ди Стефано.

Таких домов я не видела в своей жизни. То ли дворец, то ли крепость. Не хватало рва, кишащего крокодилами, и подвесного моста. Наш с папой дом по сравнению с ним тянул максимум на флигель для прислуги.

Феликс вел себя так, будто эта обстановка для него абсолютно привычна и естественна. Я не удержалась и спросила:

— Ты часто здесь бываешь?

Он ответил нехотя:

— Я здесь вырос.

— Ты уехал потому что поссорился с отцом?

— Я сбежал после того, как узнал, что он мой отец, — помолчав, сказал Феликс. — Моя мать работала у него прислугой.

Это прозвучало так неожиданно, что я не смогла скрыть изумления.

— Сколько лет тебе было, когда ты это узнал?

— Не помню, — качнул он головой, — кажется, тринадцать. Да, точно тринадцать.

— А потом?

— Меня поймали почти сразу и вернули домой. А затем отправили учиться в Итонский колледж. Это частная школа-пансион для мальчиков, слышала про такой?

Я кивнула, полностью шокированная услышанной историей.

— Значит ты тоже рос в пансионе?

— Да, с тринадцати до восемнадцати лет.

— А я с девяти.

— Я в курсе, — кивнул Феликс. — Оттуда я, кстати, тоже пытался сбежать. Не вышло....

Машина въехала в тяжелые ворота и покатилась по шуршащему гравию.

— Но почему... — начала я, но Феликс меня перебил, глядя перед собой, как будто он и говорил самому себе:

— У Винченцо был сын, мой единокровный брат.

Феликс умолк и уставился в окно, а я поняла, что Винченцо Ди Стефано выбрал второе. Но его сын так и не смог простить, что его держали на скамейке запасных.

Для меня услышанное оказалось шоком. Теперь, когда я узнала о его детстве и юности, мое отношение к Феликсу изменилось.

Глава 5-2

— Выйди, Фелисио, — сказал он сыну, не здороваясь.

Винченцо Ди Стефано принимал нас в своем кабинете, сидя за громадным столом. А мы стояли перед ним как присмиревшие и притихшие школьники перед грозным директором школы, обрисовав перед этим все парты непристойными картинками.

Феликс даже не двинулся с места.