Научись любить, если сможешь (СИ)

— Я тебе сейчас сумкой двину, а не пасту с морепродуктами, — открываю дверь и выскакиваю на улицу. — Пока! — машу рукой.

Миша выскакивает следом и за мной.

— Мур, серьезно, ты туда не вернешься.

— Ага. Буду жить на улице, сейчас в принципе тепло, под “грибочком” на детской площадке можно ночевать.

— Ты можешь жить у меня.

— Ты совсем дурак? — кошусь на него и прибавляю шаг. — Хорош репетитор, который живет в доме своей ученицы. Вышла такая утром в халате и с зубной щеткой за щекой и пошла тут же уроки вести. М-м-м, лепота! Сам-то думай, что предлагаешь! — кручу пальцем у виска.

— Я не против… — тихо буркает.

Останавливаюсь и смотрю на Гору, как на умалишенного.

— Не против чего?

— Всего.

— О нет! Нет, нет, нет, Миша!

— Что нет?

— Да все нет. Ты, я… мы с тобой про разное, понимаешь?

— Не совсем.

— Я что тебе нравлюсь? — задаю вопрос в лоб, не отводя от него взгляда.

— Допустим.

— Я сейчас тебе санитаров вызову. Ты или заболел, или пьян.

— Мур, прекрати, — говорит полушепотом, а лицо, как у побитого жизнью пса. — Я же серьезно.

— Я тоже не шучу.

Он вдруг выпрямляется, напрягая все мышцы своего тела. Набирает полную грудь воздуха и медленно со свистом его выпускает. На меня больше не смотрит, просто таращится куда-то вдаль.

— Юли, не будет, еще два дня. Останься пока у нас в квартире. А потом давай договоримся так: я заплачу тебе авансом вперед, чтобы ты могла снять квартиру. В любом случае я не отпущу тебя в ту жуткую… в общем, ты поняла.

Мы еще долго и упорно спорили, привлекая внимание прохожих. Пока обоим это не надоело. В итоге зашли в магазин, купили продукты и отправились домой к Мише. Он выделил мне одну из комнат. С белоснежным интерьером и элементами декора под натуральное дерево. В этой спальне панорамные окна, которые прикрыты бежевыми плотными шторами. В центре стоит большая кровать с мягкой спинкой и застеленная милым вязаным пледом с кисточками.

— Располагайся, в шкафу лежат новые полотенца. Ванная комната сразу напротив твоей спальни.

— Спасибо.

Миша еще немного топчется, не зная, куда себя деть, но все-таки оставляет меня одну.