Научись любить, если сможешь (СИ)

Божечки, какая же я голодная!

— Приятного, — отбивает Глеб. — Лариса, у тебя что-то случилось? — всё-таки переходит он к допросу.

— С чего ты это взял? — спрашиваю, стараясь звучать непринуждённо, а у самой в горле ком собирается.

— Это же, очевидно, — спокойно выдаёт и делает глоток кофе. — Сегодня ты останешься у меня дома, а завтра куда пойдёшь? — смотрит на меня в упор и будто всю душу выворачивает наизнанку.

— А завтра, я что-нибудь придумаю, — не выдерживаю и опускаю взгляд в стол."

"Между нами растягивается пауза.

— Я завтра улетаю в Италию, меня не будет два дня, — наконец, говорит он и замолкает, будто не закончив свою мысль.

Поднимаю на Глеба взгляд, и из глаз вдруг стекает слеза. Я вновь утыкаюсь в стол и размазываю её рукой.

— Кренц в курсе твоих проблем? — спрашивает и как бы невзначай пододвигает мне салфетницу. — Миша.

— У меня нет особо проблем, — слишком тихо выдаю ответ.

— Ну да, я так и понял.

— Не понимаю, почему я вообще должна ему что-то говорить о себе.

— А разве между вами ничего нет?

— Абсолютно.

— Интересно, я думал обратное. Видимо, не так понял.

— Видимо, Глеб, — отвечаю и продолжаю жевать гречку.

Утром Глеб вызвался отвезти меня в универ, а также выдал ключи от своей квартиры.

Перед последней парой, преподаватель по истории английского языка попросил меня задержаться, чтобы я помогла ему собрать все тестовые работы и отнести их на кафедру.

Быстро собираю листы с тестами в одну стопку, выхожу из аудитории, и вдруг меня окликает одногруппник — Артём Дорош.

— Лариса, там тебя какой-то мужик спрашивал.

По спине пробегает холодок от острого и неприятного предчувствия. Крепче прижимаю к груди тесты и начинаю оглядываться.

— А как он выглядел?

— Ну, здоровый такой. Лет тридцать где-то. Брюнет. Знаешь такого?

— Знаю, но хотела бы не знать. Тёма, будь лапочкой, занеси это на кафедру и положи на стол нашему историку, — пихаю ему стопку с тестами и иду в сторону столовой, там есть выход во внутренний дворик, из которого также можно уйти.