Наследник пепла. Книга VII

Нужно будет уничтожить все эти бумаги так, чтобы они никогда не попали в руки к неблагонадёжным людям.

Горислава подумала, что, может быть, с ней что-то не в порядке и она сейчас лежит где-то без чувств, а вот это всё — просто выверт её сознания, выливающий на неё некие шокирующие вещи одно за другим, тем самым пытаясь привести её в чувство.

Она даже ущипнула себя. И тут же почувствовала, что нет, она жива. Всё происходящее с ней — взаправду.

— Неужели такое можно было придумать? — ужаснулась она.

— Можно, можно, — качала головой императрица. — Они много чего придумали, не только это. Конкретно это создали на основе разработок нашего беглого друга, который сбежал за границу, Костовича Альберта. У него ещё сын тут остался, Муратов, кажется. Поэтому, соответственно, доверить такую тайну больше некому. Нужно, чтобы вы обезопасили всех родовичей.

А теперь Горислава слышала, что с каждым словом голос императрицы становился всё более слабым, как будто замирал.

— А теперь, — сказала та, — пожалуйста, побудь со мной.

— Конечно, — ответила Горислава. — Ты хочешь поспать?

— Нет, — прошептала императрица. — Просто побудь со мной. Мне страшно. Мне банально страшно.

Тут Горислава увидела, как дёргается живот у императрицы, как будто дитя из него хочет вырваться наружу. Это было совершенно ненормально, но при этом она понимала, что у императрицы на самом деле начинаются роды. Самые что ни на есть настоящие.

— Позвать лекаря? — спросила Горислава.

— Нет, — качала головой императрица. — Сюда нельзя лекарей. Нельзя."

"Голоса её вообще практически не стало слышно. Но при всём этом она вдруг вытащила из одежды тонкий и длинный кинжал.

— Что ты делаешь? — спросила Горислава.

Гориславе почудилось, что она оказалась в каком-то сюрреалистическом сне, где кошмар никак не заканчивается, а принимает всё новые и новые витки.

— Я должна его увидеть. Я хочу увидеть его хотя бы раз перед смертью.

— Что ты от меня-то хочешь? — проговорила Горислава.

— Я всё сама сделаю, а ты его вынь и покажи мне, хорошо? — попросила императрица таким тоном, как будто разговор шёл о конфете из коробки.

— Хорошо, — ответила Горислава, понимая, что язык совершенно одеревенел и не слушается её.

И затем императрица задрала одежды и резанула себя по животу кинжалом, причём очень осторожно, чтобы не задеть плод, который толкался у неё изнутри.