Наследник для предателя (СИ)

Я понимаю с первого раза, – шепчет Вика, подходя ко мне ближе.

Целует меня в шею, ведет ладонями по напряженным, почти каменным мышцам груди, заводит их к пояснице и сжимает мои ягодицы. Это так приятно, что я забываю о своем первоначальном плане унизить ее снова… Мне тошно от себя такого. Ревнующего, непонимающего ни черта…

Веду ее в постель и нависаю сверху. Целую в губы, посасываю их, мну ее ягодицы.

– Подожди… Я хотела… – уворачивается она. Садится на бедра, демонстрируя свои прелести.

– Не смей мне отказывать, – бросаю сухо, даже не выслушав ее.

– Я хотела сделать тебе хорошо, – удивленно поднимает брови она.

Артему этому тоже делала? Молча откидываюсь на спину и широко развожу ноги. Я так зол и возбужден, что взорвусь от малейшего движения. Сглатываю и закрываю глаза, позволяя Вике пристроиться между моих ног. Она уверенно касается сочащейся головки губами, сжимает в ладонях вмиг поджавшуюся мошонку. Не понимаю, как ей удается так меня чувствовать? Успокаивать одним взглядом, отметать сомнения? Она со мной сейчас, моя жена… И пусть этот ушлёпок попробует к ней подойти…

– Вика… Господи…

– Нравится? – отрывается от моего члена и поднимает взгляд.

– Иди сюда.

– Как ты хочешь?

– Развернись. И продолжай, на чем остановилась.

– Кир, это как-то… Я стесняюсь. Раньше мы никогда…

Никогда, она права… Не успели просто все испробовать. А потом я не хотел заходить так далеко со случайными девками или модельками.

– Ты очень красивая, Вика. Очень… Тебе нечего стесняться, – шепчу, притягивая ее разведенные бедра к своему лицу. Касаюсь влажных лепестков губами, кружу языком вокруг клитора. Вика лежит на моей груди, а ее рот ритмично двигается вокруг моего члена.

– Ах… Кир, как это приятно, господи…

– Не отвлекайся.

Потом я спускаю ее с себя, ощущая, как возвращается ноющая боль.

– Спасибо. Это было… Мне было хорошо с тобой, – шепчет Вика, обнимая мои плечи.

– Кто такой Артем, Вика? Отвечай. И не вздумай соврать, – все-таки выпаливаю я. Не могу носить это дерьмо в себе...

Глава 20.

Глава 20.

Вика.

Тело дрожит от пережитого наслаждения, щеки пульсируют, а из груди рвутся задушенные стоны.