Вторая жизнь доктора Лейлы

Генрих, стоявший рядом с герцогом, переместился поближе ко мне, встревоженно переводил взгляд с меня на графиню, которая теперь уже не улыбалась, а стояла с обиженным лицом, и тихо спросил:

— Что произошло?

Я не собиралась молчать и как-то жалеть Генриха, я была раздражена, мне надоели все эти игры аристократов, поэтому несколько резко сказала:

— Графиня меня просветила, что ты жертвуешь собой и не собираешься больше иметь детей.

Генрих печально улыбнулся:

— Надеюсь, что ты ей не поверила

Больше мы ни о чём не успели поговорить, но провожать меня до дома герцог всё-таки пошёл сам, отправив сына провожать настырную бабушку.

И по дороге до дома я спросила, собирается ли он на церемонию. Герцог грустно улыбнулся:

— Я уже не рассчитывал, что ты спросишь.

Оказалось, что он ждал именно от меня, что я приглашу, и был готов купить билет, но подумал, что раз я ничего не говорю, значит мне хочется побыть там с коллегами и не отвлекаться на него.

Я оценила, хотя почему-то стало немного грустно.

О произошедшем на обеде мы больше не говорили, но перед тем, как попрощаться Генрих меня поцеловал и в этот раз я ответила.

***

И вот я еду в Хомбург. Сижу в вагоне, глядя в окно на проплывающие мимо поля и аккуратные домики и понимаю, что совершенно не выспалась.

Полночи я думала о том, почему я так среагировала на слова старой графини, а потом, поняв, что не могу понять себя и своих чувств, а потому не могу заснуть, встала и стала писать.

В прошлой жизни я написала всего две книги по педиатрии, потому что начала делать это поздно.

Мысли в невыспавшейся голове бродили хаотично, настроение тоже было соответствующее. Ожидание встречи с друзьями и коллегами, предвкушение от новых впечатлений и общения с теми, кто для меня раньше был историей.

Я прочитала список номинантов и уже увидела, что там есть изобретатель прибора для измерения электрической активности сердца*. Это феноменально, но один из участников проекта был инженер, с которым мы разрабатывали прибор для магнитотерапии.

(*прим. автора. В нашей реальности нидерландский физиолог Виллем Эйнтховен еще в 1903 году разработал прибор для регистрации электрической активности сердца)

Я чувствовала, что на этой неделе будет много интересного, но я даже не подозревала, что эта поездка изменит всё.

Глава 74

По приезду меня закружила настоящая «карусель» тщательно подготовленной церемонии.