Вторая жизнь доктора Лейлы

— Куда мы едем? — раньше мы никогда не выезжали из города, только по выходным, но это было днём, и мы были вместе с Тиной.

— Не волнуйся, — Генрих взял мою ладонь и притянув к своим губам поцеловал, — тебе понравится.

Это было здание будущей фабрики, которое Генрих планировал достроить уже к концу года.

— Ты сказала, я сделал, — он внимательно на меня посмотрел и добавил, — это вопрос доверия. Я знаю, что ты пока не готова мне открыть своё сердце, но моей любви хватит на двоих.

С этими словами Генрих достал маленькую коробочку из кармана, в которой было кольцо, и я завороженно, даже не делая попыток его остановить смотрела, как Генрих надевает кольцо мне на палец.

— Я не тороплю тебя, и готов подождать, Лейла, — уверенным спокойным тоном произнёс мужчина, — для себя я всё решил.

Я смотрела на кольцо с красивым камнем, явно дорогущее, потому что даже в тусклом свете уличных фонарей камень переливался словно маленькая звезда.

Генрих накрыл мою руку своим ладонями:

— Можешь носить, можешь пока подождать, первого ноября будет мой день рождения, я хотел собрать самых близких мне людей и буду рад, если к тому времени ты примешь решение.

"Не удержавшись, я облегчённо вздохнула. Понимая, что выглядит это не очень дружелюбно и Генрих скорее всего не понял, к чему может относиться мой вздох, я тихо сказала:

— Хорошо, что так, а то я уже, как наяву увидела своё фото в Альманахе.

Генрих рассмеялся:

— Кто-то мечтает попасть в Альманах, а доктор Лейла боится.

— Я вообще побаиваюсь прессы, — грустно сказала я.

— Я знаю, — произнёс Генрих, — я видел твою историю. Я бы такого не допустил.

Мне не понравилось то, как Генрих это сказал, но я промолчала, мне не хотелось упоминать имя Максимилиана. И уж тем более обсуждать, кто бы что допустил.

Обратно мы ехали молча. Сперва я хотела рассказать про ту ситуацию и травлю, которая произошла в Британии, но поняла, что не хочу.

Не хочу жить вчерашним днём, постоянно оглядываясь назад. Для меня важно то, что есть сейчас и будет завтра.

Настроение было странное, поэтому возле дома я быстро попрощалась. Генрих, видимо, чувствуя моё настроение, не стал настаивать на прощальном поцелуе, за что я была ему очень благодарна. Лишь на мгновение прижался губами к моим волосам, глубоко вдохнув, после чего отстранился, позволяя мне уйти.

Я уже открыла дверь, когда услышала тихое:

— До завтра…

Утром, перед выходом на работу я сперва надела кольцо, потом всё-таки сняла и убрала его обратно в коробочку.